Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Два дня спустя…"

"— Рубен, Алонсо, господа офицеры… Мне тяжело это говорить. Но все протестующие… Должны покинуть старый Мариэль. До полуночи. Отсрочка недопустима. Я не хочу прибегать к насилию. Но за двое суток можно было уже и наораться, и понять, что процесс запущен и необратим. Все, кто не покинут зону проведения работ, будут лишены бумаг на переселение и компенсации. Более того, они будут приравнены к экстремистам с правом их насильственного выселения и последующего направления в любую подконтрольную нам точку для отработки наказания за диверсию строительства самого важного и грандиозного сооружения Круизеров.

На данный момент так точно самого значимого… Я двое суток просил по-хорошему, выходил к людям, объяснял, предлагал взамен дома, квартиры, жильё в элитных кварталах, что строятся полным ходом, помощь в переезде, компенсации… Из-за сотни упрямых баранов я не буду рисковать проектом стоимостью больше, чем в полмиллиона очков достижений. Идите и объясните это людям.

Даже железные нервы можно расплавить… Если они забыли, что мы всё ещё на войне, то напомните им это. Как и о законах военного времени, которые никто не отменял.

Надежды мои оправдались. Но лишь частично. Упрямство — неплохая черта в жизни человека. Но порой очень не к месту она даёт о себе знать.

До постройки Цитадели осталось чуть больше четырёх дней…

Глава 9

— ГОСПОДИН! ТРЕВОГА! — посреди ночи завопила Афина, пробуждая меня, а следом и всю базу разом.

Рефлексы, отточенные годами сражений, не смогли затупиться в этой удивительной жизни командира Круизеров, и спустя двадцать секунд я уже был с оружием в руках напротив боевого костюма, просовывая руки в узлы креплений встроенного экзоскелета.

Всё это время Афина без умолку докладывала о многочисленном противнике, который начал широкомасштабное наступление по всем фронтам. Взглянув в окно, я увидел вспышки работающей системы ПВО и сотни жутко мобильных противников. Издалека, да ещё и во тьме, было практически не разобрать их очертаний, но я видел их раньше при свете дня и понял — началось.

«Почему они напали так рано?» — я задавался вопросом, выбегая из жилого комплекса и прыгая в первый же подвернувшийся бронеавтомобиль.

— В ШТАБ! — прокричал я и надел на голову шлем, включаясь в оперативное командование.

— Афина, почему ты перестала докладывать? Афина? — непривычная тишина в эфире могла бы называться гробовой… И по сути, такой она и была.