Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— Она знала твой код, или взломала его, или что?

— Она повесила систему. Отплясывала перед несчастной Йобой битый час. Классическая DoS-атака, насыщение полосы пропускания. Я и не думала, что так можно. Поэтому и ПВО заглохла, потому что повисло все. Мы тут целую ночь были голые вообще, ни один робот не шевелился. Не вздумай рассказать кому-нибудь. Ну, я эту дырку закрою..."

"— Хм. Понятно, что ничего не понятно. Тогда еще вопрос, совсем деликатный, заранее извини. Насчет белых девушек, которые ходят в зону, как к себе домой.

Ты уверена, что это была твоя идея?

— Я конечно наркоманка, но... — начала Вик.

— Не прикидывайся. Кто тебя попросил?

— А еще раз по морде?

— Но ведь кто-то попросил? Человек не отсюда, а из... большого мира.

— Откуда такие идеи? — спросила Вик, чуть склонив голову на бок и притопывая ногой.

Леха молча ткнул пилой в ту сторону, где осталась Элис.

Проследил за взглядом Вик и положил инструмент на асфальт от греха подальше.

— Очень уж все совпало, — сказал он. — А у нее мама богатая и за дочку волнуется.

— А почему именно в ней причина? А если в твоей любимой собаке? И заметь, я не интересуюсь, кто тебя попросил задать мне такой вопрос, и что за это пообещал. Хотя надо бы.

— Я сам по себе. А насчет Рамоны...

— Ах, она у нас Рамона!

— Если причина в ней, тогда все проще. Я очень надеюсь, что она была здесь по заданию «Риддеркрафт», и теперь эта история кончена. И ты свободна.

— В каком смысле? — Вик задрала брови.

— Ты больше не хранитель «батарейки». Можешь сесть с нами в машину и уехать.

— Погоди... — Вик помотала головой. — Куда? Зачем?

— Давай проверим твой диагноз в Европе. Если останешься здесь — упустишь этот шанс. Ты могла уйти в ремиссию. А может, у тебя вовсе не онкология. Не раздумывай, так просто надо сделать. Просто надо. Поехали! — Леха протянул ей руку.

А Вик отступила на шаг назад.

— Ты не понимаешь, — сказала она.

— Ну, начинается!

— Нет. Ты, правда, не понимаешь. Дорогой мой рыцарь, герой и все такое, я вот этой рукой убила двадцать два человека.

Тяжелым предметом по голове. Меня в Европе не диагноз ждет, а приговор. Можно я кончу свои дни на воле, а не в тюремной больнице? И вообще... — она выглянула из-за «Избушки» чтобы посмотреть, как там Йоба, не обижают ли девочку. — Ну как я их брошу?

— Двадцать два... — пробормотал Леха. — Когда успела...

— Да живы твои семеро, живы, не бойся. Отдам я их доктору, все равно уже никуда не годятся... Ты считаешь покойников не с той стороны.