Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— Я бы лез на эту штуку, закрыв глаза, — пробормотал Ломакин, глядя вверх.

Так Леха и сделал.

Он пристегнулся, надел шлемофон, включил питание и сказал через внешние динамики: «А заведусь-ка я!» Ломакин показал в ответ большой палец. Леха дал команду на запуск и несколько секунд волновался, пока догревались свечи и зудел стартер — мало ли! это военная техника, у нее что угодно может отвалиться! ее вообще без молитвы заводить боязно! — но тут под полом кабины зарокотал дизель, ровно и надежно, и от сердца отлегло.

Леха положил руки на джойстики.

Огромная копна чуть присела, завалилась на один бок, потом на другой и пустилась в пляс, взмахивая стволами и крутя антенной.

Вася поспешно отступил, увлекая за собой Смита и Ломакина.

А вокруг «Избушки» начался праздник.

Глава 13

Independence Day

Толпа провожала машину несколько километров, производя столько шума и так откровенно наплевав на свою безопасность, что Леха начал дергаться. Нарушив радиомолчание, он вызвал Ломакина и попросил сказать Майку, чтобы тот сделал что-нибудь, пока из зоны не прилетело.

Минут через десять подъехали и загородили улицу мобильные патрули «Черных Топоров». Леха высунулся, помахал людям на прощанье, заставил «Избушку» раскланяться и пошел дальше один. Грохот импровизированных тамтамов и хоровое пение удалось приглушить только закрыв люки. В кабине автоматически включился климат-контроль и быстро посвежело. Воистину не было бы счастья, да несчастье помогло: впервые за последние двое суток Лехе досталось подышать чистым и охлажденным воздухом.

Несмотря на «афроремонт», в машине оказалось уютно. В основном благодаря умиротворяющей звуковой картине: урчанию силовой установки и пыхтению ходовой части. Тот самый «фирменный звук, от которого у покупателя раскрывается кошелек». БШМ-К была чем угодно, только не консервной банкой, и дарила недоступную рядовому шагоходу иллюзию увесистой надежности, едва ли не танковой. Увы, иллюзию: пушки варзоны разберут «Избушку» на запчасти. Конечно, она успеет плюнуть огнем в ответ, но это слабое утешение для пилота, влюбленного в свою машину.

Леха старался заново не влюбляться.

И не бояться.

Не получалось ни то, ни другое.

Он сразу загнал «Избушку» на улицу, где стоял Разрушитель, и пустил машину трусцой, полагая, что так будет вернее: уж стрельнут, значит, стрельнут. От ракет отобьемся, а с пушечным огнем тактика простая: газ до отказа и рывок до ближайшего перекрестка.

Лишь бы не Йоба.

Про Йобу он как-то забыл.