Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— Я же говорил тебе! Выпорю!

— Прости меня, Фрод! Бежим!

Подбодренная оравой смеющихся детей, я бежала обратно в крепость, радуясь, что натаскать воды вызвался Ротти, который бежал быстрее всех и уже улепетывал по коридору, расплескивая воду из ведер на качающемся коромысле.

— Ты никогда не научишься, — прикрывая рот маленькой ладошкой, смеялась малышка Лили, прячась рядом со мной за большим окном, в которое мы выглядывали, как заправские шпионы.

— А вы никогда не перестанете меня просить, — я улыбнулась, осматриваясь и выглядывая попрятавшихся детей.

— В этом и веселье!

Убедившись, что преследования за нами не предвидится и старый Фрод смирился с продырявленной шкурой, я собрала детей у выхода во двор, запрыгнула на холодный подоконник и поблагодарила старших мальчиков за отданные шубки.

Беры не мерзнут, а вот я еще как."

"— А у тебя есть новые песни? — спросила Нэт, сжимая маленькие пухлые кулачки.

— Сегодня сочинила! Будете слушать?

— Да! — хором ответила ребятня и затихла, приготовившись слушать.

Мчи, мой странник! Ветер вьюжит, заметая корабли!

И зима белесой стужей кружит, шепчет о любви.

Снег и буря помнят ночи, обещания хранят,

Возвращайся, милый странник, будешь нежностью объят.

Океан рычит, взмывая скалы-волны до небес,

На тебя медведь взирает, помнит ночь, тоскует лес.

Возвращайся, милый странник, славный, добрый, храбрый муж,

Возвращайся поскорее и укрой меня от стуж.

Закончив петь, я оглядела малышей, которые красочно представляли, как поет эту песню оставшаяся в одиночестве бера своему мужу, застигнутому в море непогодой, и хлюпали носами, морща свои мордашки.

— Это грустная песня, — сверкая слезинками в уголках глаз, хмуро пожаловалась Нэт.

— А мне понравилось.

Глубокий бас заставил всех, в том числе и меня обернуться, рассматривая на его обладателя. Уже знакомый мне лорд, стоял чуть поодаль, за углом коридора, и покинул укрытие, только когда скрываться уже не было смысла.

На этот раз он был он один — светлоглазый, что стал свидетелем утренней сцены.

Кивком головы поприветствовал меня, улыбаясь уголком губ, явно намекая, что думаем мы об одном и том же.

— А вы кто такой? — сурово поджав губы, спросил поднявшийся на ноги Ротти. — Мы вас не знаем.

— Я лорд Смоляного леса.

— Это того, что дальше на север? — уточнил мальчик, с интересом поглядывая на топор с гравировкой по обуху. — Говорят, там еще холоднее.

— Когда подрастешь, можешь наведываться в гости, юный бер.