Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Все оказалось легко: изобразить стажера среди технического персонала, где наблюдалась жуткая текучка кадров, прикинуть, как собрать из подручных средств подобие бомбы, несколькими ходками – и не без помощи подкупленных за гроши работников – накопить необходимый материал.

В следующую смену он проник в самолет через второй багажник и внутренний люк, подключил систему мониторов, сделал муляж «умного» взрывного устройства и лишь надеялся, что этого достаточно, чтобы напугать. Самолет не должен был вылететь и пересечь точку эксперимента.

Оставалось дело за малым – загнать на рейс Веронику, которая клятвенно божилась, что всегда проверяла спасательные жилеты. Она должна была сыграть свою роль. Или придется стать космической пылью. Но этого варианта Леше хотелось бы избежать. Из-за «Пантеона», а не Вероники. Ведь каждые проведенные испытания могли стать успешным прорывом для них.

Поэтому вечером накануне вылета он забросил заимствованный пропуск к ней домой и закрыл дверь на три оборота ключами – копию сделал еще в хорошие времена.

И это Леша напал на ту девчонку, вместо которой из резерва полетела Ника. Только та идиотка должна была сразу Веронике позвонить. Но нет же, зацепилась за украденные драгоценности – за галимую, блин, цепочку! Позвонила не в восемь, как должна была, а в двенадцать. И все пошло наперекосяк.

Слишком явным оказалось вмешательство. «Пантеон» сел ему на хвост. Теперь вопрос стал в скорости – кто первый доберется до флешки, тот и водит.

За ним оставался последний ход. Самый масштабный.

Пан или пропал.

Глава 27

Billie Eilish – No time to die

Ника прикусила губу и скоро почувствовала соленый металлический привкус. И как она не догадалась раньше? Ведь видела книги Бродского у него! Теперь это казалось очевидным.

– Красиво, не правда ли? – кивнув на ночной город в россыпи огней, произнес Леша.

Ника смотрела на парня пристально, молча. Не шевелилась даже, пытаясь свыкнуться с правдой.

– Какого черта, Леш? – не выдержала она.

Да, это была неожиданная реакция даже для самой себя.

По всем законам жанра Ника сейчас должна была дрожать от страха и молить о пощаде, истекая слезами. Ну, может, еще взывать к былым временам. Но нет. Вероника шла ва-банк. Ей надоела эта извращенная игра, надоело быть ведомой кукловодом.

– И все же ночью здесь красивее, чем днем. Давно не видел ничего подобного.

Ника одним движением поднялась на ноги. Она осознавала всю опасность ситуации и не была столь безрассудной, чтобы наброситься на Лешу, нет.