Только капитаны Джон-компании сразу отказывались от моих услуг, потому что за ними был особый присмотр со стороны китайцев. Заносчивые англосаксы сумели настроить против себя не менее заносчивых аборигенов. В тысяча восемьсот тридцать четвертом году сюда прибыл на двух фрегатах лорд Уильям Нейпир, чтобы добиться льгот для британских торговцев. Получив отказ, он решил продемонстрировать силу, обстреляв китайские форты. Аборигены не успели испугаться, потому что лорд двинул кони, заболев тифом, и фрегаты убрались восвояси.
Китайцы запомнили нападение. Большую часть кораблей Джон-компани составляли трех-четырхмачтовые барки, не очень быстрые, но вместительные. Им некуда было спешить, потому что до того же года имели в Британии монополию на торговлю с Китаем, а соотечественники-конкуренты пока не проложили дорогу сюда. Каждый такой барк привозил около тысячи тонн груза. Сколько из него составлял опиум, не знаю. Предполагаю, что трюма были забиты только им. Эти корабли сперва заходили в Индию, где выгружали всё или почти всё привезенное из Европы и взамен брали опиум, чтобы продать в Кантоне и на обратный путь до отказа нагрузиться чаем, тоже своего рода наркотиком.
За неполные пять месяцев я основательно приподнялся по деньгам. Даже подумал, что можно и не шляться по морям, а сидеть в Макао и зарабатывать, не сильно утомляясь, посредничеством, но хотелось побыстрее разбогатеть и вернуться в Европу."
"В путь отправились в удачный день, который Бао Пыну сообщил специальный гонец из его деревни.
Дул попутный северо-восточный ветер силой баллов пять-шесть. Мы поставили триселя «бабочкой» и довольно резво, узлов десять-одиннадцать, понеслись курсом сто девяносто градусов к Малаккскому проливу. Уже есть очень приличные магнитные компасы. По моему указанию хакка изготовили пару для нашей шхуны, скопировав у американцев и доработав по моим подсказкам — сделав картушку румбово-цифровой. Поместили главный компас в кардановый подвес и добавили пеленгатор.
Самое забавное, что, как утверждают историки, именно китайцы первыми изобрели этот прибор, причем не для морских, а сухопутных путешествий — пересечения степей и пустынь. Первый компас был в виде тележки, на которой стоял чувак и показывал вытянутой рукой направление на юг, поэтому назывался чи-нан (указатель юга). Впрочем, у меня сложилось мнение, что китайцы и японцы ничего сами не изобретают, а только хорошо усовершенствуют чужие идеи.
