Мелочь съедают, а когда попадается крупная, отчего зоб раздувается в несколько раз, а то и вовсе хвост торчит наружу, хозяин опускает в воду бамбуковый шест. Птица хватается за него лапами, и ее затаскивают в лодку, где отбирают большую рыбу и взамен дают маленькую. Если возвращаться в лодку не хочет, ловят крючком на конце шеста за веревку длиной с полметра, привязанную к птичьей лапе. Когда одновременно промышляет десяток бакланов, хозяин работает почти без передышки, и лодка быстро наполняется рыбой."
"Часть пойманного в реке я съедал сам, часть обменивал на уже готовые блюда в британской или китайских харчевнях.
Джон-компани прислала сюда для обслуживания европейского персонала двух поваров-индусов, которые подрабатывали, кормя и других европейцев, в основном американцев. Когда мне надоедал карри, отправлялся в китайскую харчевню, которые в будущем на нашем Дальнем Востоке будут называть чифаньками (от чи фань — кушать). Обычно это навес, под которым расположена печь с двумя казанами-полусферами, в одном кипящая вода, в другом кунжутное масло, большой стол с набором самых разных сырых продуктов и несколько низких маленьких столиков, возле которых постелены циновки.
Еще под навесом и рядом очень сильный запах. Он не то, чтобы неприятный, отталкивающий, но очень специфичный, надо привыкнуть, иначе пища в рот не полезет, Выбираешь, что именно и как для тебя приготовить — сварить или обжарить в кляре — и через несколько минут получаешь горячие глиняные чаши с готовыми блюдами. Самое главное — не ошибиться с ингредиентами.
Южные китайцы едят всё. Северяне поговаривают, что даже друг друга во всех смыслах слова. Мясо может быть собачьим, кошачьим, обезьяним, крокодильим, змеиным, крысиным… Сырые обезьяньи мозги считаются деликатесом, как и новорожденные крысята, блюдо из которых имеет поэтичное название медовые глазки. Про самых разных насекомых, морских моллюсков, медуз и водорослей, ласточкины гнезда я уже молчу. На мой неприхотливый вкус кантонская кухня слаще, ароматнее и острее северной.
К еде можно заказать пиалку байдзю — китайского самогона крепостью градусов под шестьдесят из гаоляна (тип сорго) на севере и риса на юге, хотя возможны самые разные варианты из любых злаков. Его наливают из подогретого, специального, бронзового сосуда с узким горлышком, чтобы испарились сивушные масла. Как по мне, сивуха про воздействие подогрева ничего не слышала. Запивают зеленым чаем. Для европейца могут заварить черный, который сами называют красным.
