В ту самую минуту, когда я считал, что вы уже рядом, я понял–но понял слишком поздно, – что вы направились не к дивану, а прямо к горевшей в прихожей лампочке, и внезапно наступила темнота. Я услышал звон разбиваемой лампочки, услышал ваши быстрые шаги и принялся на ощупь искать выключатель, но тщетно. Потом до меня донесся какой–то непонятный шум. А затем – ваш голос. Такой же четкий и спокойный, как всегда. Вы сказали: «Мсье Каравей, ни с места.
Я только что опустила в ящик письмо, в котором находятся оба конверта для жалованья и мое краткое объяснение.
Я адресовала его себе, но если я умру, его вскроют. Я не стала посылать его никому другому, потому что Анита – моя подруга, я ее люблю и хочу ей помочь. И не пытайтесь зажечь свет в этом балагане, я вывернула все пробки». Может, я что–нибудь забыл, Дани? Да, забыл. Вы мне сказали, чтобы я положил «свое ружье», в противном случае вам «придется заставить меня сделать это». Я даже не стал думать, каким образом. Я мог не сомневаться, что вам пришла в голову какая–нибудь очередная невероятная идея.
Но меня заставила расстаться с винчестером не ваша угроза, а то, что вы сказали раньше о письме. Тогда я сел на этот диван. Пока я говорил, глаза мои привыкли к темноте, и теперь я вижу светлое неясное пятно вашего платья, вижу, как вы сидите на ручке кресла напротив меня.
Дани, вы выслушали меня не перебивая. Мне бы хотелось, чтобы вы сказали, где труп Коба. А потом собрали бы свои вещи и вернулись домой.
Мне бы хотелось, чтобы вы вели себя так, будто не имеете к этой истории никакого отношения.
Мне бы хотелось, чтобы вы молчали и разорвали оба конверта. Что же касается меня, то я выберу тот вариант, который принесет меньше неприятностей. Я приведу в порядок дом и пойду с повинной в полицию. Я возьму вину на себя. Ведь вы понимаете, что я гораздо дешевле заплачу за это убийство, чем Анита. Я выступлю в роли оскорбленного мужа, который, узнав о том, что он обманут, в припадке отчаяния губит свою жизнь. Скажу, что двое суток я находился в смятении, но в конце концов во всем добровольно признаюсь.
Я найму лучших адвокатов и уж теперь–то сделаю все, чтобы выкрутиться. О, я блестяще проверну это дело, можете мне поверить. Я даже надеюсь вырвать лишь условное осуждение.
Вот и все. Я старался, Дани, совершенно искренне рассказать вам о себе.
Я хотел бы, несмотря на то что все это так отвратительно, чтобы вы поняли, что добро и зло – лишь две стороны одной медали. Я долго наблюдал за вами.
И все же я не знаю вас.
