Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Кто-то рассказывал, что ведьмы и такое умели… Хочется уже быстрее начать учиться, узнать границы своей силы, понять, на что я еще способна, какую помощь могу оказать окружающим. Но начать изучение стоит явно не с книги «Управление душами», которую я захватила для лёгкого чтения, пока нежусь на солнышке, завтракая. Зачем вообще ведьмам требовались эти знания? Рхона так отчитывала Ави за то, что та заключила душу мужа в медальон, что я догадалась — у ведьм не приветствовались подобные ритуалы. Кстати, интересно, способно ли теперь, после освобождения души Вилмота, моё украшение скрывать аромат тела? Или превратилось просто в симпатичную побрякушку? Возможно, что медальон сам по себе является артефактом, ведь на нём есть знак первородной.

Стоит проверить.

Под переливчатое щебетание птиц, тихий шелест травы и ароматный травяной чай, погрузившись в изучение книги, я не заметила, как прошла пара часов, а мои спутники проснулись, отправившись разыскивать меня.

— Ведьма, ты так не исчезай, — вздрагиваю от неожиданности, услышав укоризненный голос мистофеля.

Поднимаю глаза и обнаруживаю кота и оборотня, которые смотрят на меня осуждающими взглядами.

— Я уже решил, что тебя снова похитили, — качает головой Алекс. — Почему не разбудила?

Пожимаю плечами:

— Хотела, чтобы вы выспались. От пары часов ничего не изменится, а обратный путь нам предстоит долгий.

Алекс усаживается на другую сторону одеяла, мистофель ложится рядом со мной. Достаю из сумки завтрак и для них.

Надеюсь, что они так злятся только потому что голодные. Вот поедят и мигом подобреют.

— Что интересного нашла в книге? — кивает Алекс на томик, лежащий около меня.

— Тут много разных зелий, обрядов и заклинаний, связанных с душами, — рассказываю я. — Способы связаться с душой, что находится в вечности, поймать душу, только покинувшую тело, целая глава о переселении душ. Очень интересно, но, надеюсь, что никогда мне не пригодится.

— Почему?

— Как-то жутко тревожить уже умерших, — ежусь я.

— Да и заставлять кого-то страдать, заперев в неодушевленном предмете, лишь в угоду собственному эгоизму не хочется.

Договаривая последние слова замечаю, что Алекс бледнеет и напрягается всем телом. Я сказала что-то не то?

— Не всегда это эгоизм. Иногда — единственная возможность сохранить то, что тебе дорого, — тихо произносит оборотень, возражая. — Я осмотрюсь здесь, пока вы собираете книги, которые хотите взять с собой.