Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Мелко перебирая ногами в своём одеяле, как японка в кимоно, девушка пробралась в ванную, и там переоделась. Вышла – сама целомудренность один румянец на щеках чего стоит.

– Что вам нужно?"

"– Ещё раз обратишься на вы, отправлю на ещё одну прогулку с Баксом. – бросил на кровать стопку. – Вот фотки, изучай. На оборотной стороне короткие данные. Это твои подруги, ты их всех ненавидишь.

– А они меня, – подхватила девушка.

– Соображаешь. Я надеюсь, вы не соприкоснетесь, но сиди учи.

На первом этаже надрывался домофон.

К нему уже бежала горничная, махнул ей рукой, останавливая, нажал на кнопку, принимая звонок и картинку на экран. Черт, стоило только вспомнить. За воротами стояли три девушки, за их спинами краснел чей-то новенький автомобиль класса люкс.

– Пошли вон, – поздоровался я.

– Лика должна была приехать вчера, – обвинили сходу меня. – И не приехала. Что ты с ней сделал? Так люди говорят правду и ты её убил?

Я закатил глаза. Ненавижу Лику.

– У неё холера, – спокойно ответил я, и для вескости добавил.

– И скарлатина.

– Юсупов, если ты не откроешь, мы никуда отсюда не уйдём. Будем стоять здесь весь день.

Этих просто охраной не прогнать – слишком богатые у них папочки. Можно было бы бросить за воротами, но… Слухи будут усугубляться. Всё станет только хуже. Им надо увидеться. Но блин, эта трепетная дева совсем ещё не готова!

– Сейчас я спрошу у неё, хочет ли она вас видеть, – решился я.

Направляясь наверх, размышлял, интересно, она вообще фотки посмотрела?

Глава 5

Болела голова.

Я села на кровать и задумчиво посмотрела на фотки. Покрутила так и сяк, перевернула, читая ничего мне не говорящие имена.

– Они же все одинаковые, Наташ, – со вздохом сказала я известную фразу. И прочитала вслух, – Ксения, врет, что ей двадцать четыре, на самом деле уже тридцать, и ты это знаешь. Спит с Араиком, хозяином двух торговых центров.

Они и правда были одинаковые, хотя красивые, этого не отобрать. Безупречно гладкие лица, пухлые губы, блестящие волосы, точные фигурки.

Губы были такими пухлыми, что я с опаской посмотрела на свои. Вчера они надулись и пугали, сейчас отёк спал, и они почти не отличались от моих привычных, слава богу.

Заняться было не чем. На улицу больше не тянуло, там собака. Дома ходит мрачный похититель и его свободолюбивая дочка, а прислуга смотрит на меня так, что того и гляди подсыпит мышьяка. Я задумалась, а как мышьяк пахнет? Так подсыпят, а я даже не пойму.

– Боевая тревога, – сказал похититель входя.