Малыш от бывшего (СИ) читать онлайн

Первым порывом было устроить скандал, а затем он понял, что не сможет вынести речей, не сможет посмотреть в глаза. Сорвется, и чем закончится такой срыв еще надо бы гадать и гадать.

Потому Николай юркнул в коридор, оставил ключи на видном месте, и в два шага оказался на лестничной клетке, где ему удалось наконец-то привести дыхание в порядок. Пара касаний к смартфону, и протяжные гудки уже звучали в трубке.

—Я согласен на поездку, — без приветствия кинул отцу Николай. Теперь он был согласен был на все, пусть и сопротивлялся поездке заграницу.

И даже родители вроде бы смирились с его выбором. Ради нее он был готов бросить все и работать кем угодно, лишь бы тут. С ней одной. А вышло как вышло. Тяжело падать с высоты собственных ожиданий и разлетаться битым стеклом о жестокую реальность.

В груди нещадно жгло. Сердце распадалось на части, но с этого момента начиналась новая жизнь, а то, что внутри открытая рана, это ладно. Это он переживет, все вокруг как-то выживают после предательств, и Николай сможет.

Забыться, переключиться. Благо, он имел для этого все ресурсы и возможности…

НАШЕ ВРЕМЯ

Покинув квартиру Ветровой, Ник буквально пулей вылетел из подъезда. Воздух. Варшавскому катастрофически не хватало воздуха. Жадно глотая кислород, Ник стоял посреди двора, открывая рот, словно рыба, выброшенная на сушу."

"Легкие горели, каждый вдох причинял боль, внутренности скручивались в бараний рог, а тело лихорадило так, будто он по меньшей мере словно малярию подхватил, и та теперь развивалась в тяжелейшую форму.

Столько лет он считал себя обманутым, столько лет лелеял собственную глупую обиду, столько лет верил в ложь, которую ему преподнесли на блюдечке с голубой каемочкой. И кого теперь винить? О…он действительно бы хотел винить, если бы мог, вот только правда, словно концентрированная серная кислота, разъедала его изнутри.

Он тот, кто виновен в их с Аней разлуке. Он был тем, кто поверил в ложь, поверил в спектакль, поставленный для него, для единственного зрителя в большом театре абсурда.

Ник так просто съел заготовленную для него наживку, так просто попался на крючок, что теперь, стоя у подъезда Ветровой, едва сдерживал подкатывающие к горлу рвотные порывы. Варшавского тошнило, от самого себя тошнило.

«Ты слабак».

Кажется, именно так она и сказала и была тысячу раз права, просто потому что он действительно оказался слаб, слишком слаб, чтобы подавить уязвленное самолюбие, ущемленную гордость, чтобы бороться за них.