Не учел, бедняга, что мы контролируем тех, кто изготавливает такие документы. С некоторых пор мы с этим вашим другом находимся в постоянном контакте.
— Чего вы хотите? — мрачно поинтересовался Баскаков.
— Ну не по телефону же, — с укором ответил Чижевский. — Мне требуется одна маленькая услуга, но давайте встретимся и при личной встрече все обсудим. Мало ли какие общие интересы могут возникнуть…"
"И вот теперь полковник, с завидным аппетитом съев порцию горячей шаурмы и тщательно вытерев жирные руки, маленькими глоточками прихлебывал холодное «Клинское» и внимательно оглядывал окрестности.
Его профессиональный взгляд мгновенно выудил бы «объект» из толпы, но «объекта» все не было. Полковник посмотрел на часы — пора! Когда Чижевский договаривался о встрече, он постарался дать понять собеседнику, что шутить не намерен. По тону Баскакова полковник сделал вывод, что собеседник его понял и постарается не раздражать людей, владеющих столь важной информацией. К тому же в речи полковника проскользнул намек на то.
что из-за недостатка времени он будет вынужден пустить в ход не только компромат, но и грубую силу.
«Существуют разные методы воздействия, — сказал полковник, — и мы готовы применить их все. Однако мы сторонники цивилизованных методов. Вы предоставляете нам ту информацию, которая может принести нам пользу, а мы в обмен похороним ту информацию, которая может причинить вред вам. На мой взгляд, все справедливо». Конечно, насчет справедливости полковник слегка покривил душой — в своей работе с Баскаковым он вовсе не старался соблюсти справедливость.
Само то обстоятельство, что реальной властью в стране обладает человек, не занимающий никакого официального положения, да к тому же нечистый на руку, говорило о полном попрании справедливости и всех тех моральных норм, на которых полковник был воспитан. Вместо вежливых разговоров он с удовольствием пристрелил бы это ничтожество, вдруг ставшее важной персоной, и рука бы не дрогнула.
Однако правила добывания информации не допускали таких простых решений. Как бы то ни было, собеседник полковника явно осознал, что имеет дело с серьезным человеком, способным на решительные действия, и то, что он сейчас запаздывал, не предвещало ничего хорошего. Просто проигнорировать встречу Баскаков не мог, следовательно, он решился на сопротивление. Найти неизвестного, говорившего с ним по телефону, Баскаков сумел бы только здесь, на условленном месте.
