Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— Я? — изумляется девушка и опять смотрит на Мира, словно только его увидела.

Свою симпатию она умело пытается скрыть.

— Он же тебе нравится. У тебя это на лбу это написано.

— Надеюсь, всё же не написано, — пьяно смеётся, а потом так грустно добавляет, что мне хочется её обнять: — Он никогда ни с кем не встречается. Только трахается. И то на его условиях.

— Что значит, на его условиях? Какие-то извращения? — подаюсь вперёд.

Неужели в компании все в курсе, что творится за закрытыми дверями спальни каждого на этой лужайке? Я не хочу стать частью этого грязного белья.

Мне хватает и своего.

— Понятия не имею. Я с ним не спала, — в её голосе сквозит обида.

Вот как интересно. Мне казалось, здесь все друг с другом переспали. И не единожды. Атмосфера располагающая. Развратная и похотливая. Несколько парочек, никого не стесняясь, зажимаются прямо на шезлонгах."

"Будто почувствовав мой взгляд, Мирон едва заметно поворачивается и вскидывает глаза. Даже через разделяющее нас расстояние эти тёмные омуты меня пугают и манят одновременно.

Облизываю губы и быстро вгрызаюсь зубами в кукурузу гриль. Уголки его губ дёргаются, и он опускает взгляд обратно, утыкаясь в телефон.

Вот что странно: как я успела понять, Мирон Гейден что-то вроде местного короля вечеринок. Его все хотят. Парни — пообщаться, девушки — забраться на коленки и потереться как кошки, но он словно сторонится всего этого. Мирон даёт людям крупицы своего внимания, а потом, отстранившись, закрывается. Например, как сейчас, когда он сидит в центре всеобщего веселья один.

— Хочешь вина, малыш? — На мои плечи опускается плед.

— Нет, спасибо.

— Давай поговорим, малыш. Хватит обижаться…

Саша — сама забота и очарование. Он знает, что накосячил и что я всё ещё на него дуюсь. Это уже не первый раз за этот вечер, когда он пытается помириться. Понимаю: надо мириться, иначе я буду выглядеть полной идиоткой.

— Так, ребятки, я пошла.

Вика, похихикав, подхватывает свою тарелку и полупустой бокал и, покачивая бёдрами, идёт в сторону своих подруг.

Смотрю ей вслед и игнорирую Соколова. Как я и думала, хитрая змея опускается на ступени около Мирона. Он даже головой не ведёт в её сторону. А я ощущаю что-то вроде лёгкого триумфа и только потом вспоминаю, что рядом со мной застыл мой парень с двумя бокалами вина и виноватой заискивающей улыбкой на лице.

Вздохнув, беру его за руку и тяну на себя. Соколов ставит бокалы на землю и с готовностью обнимает меня, заметно расслабляется.