Обстановка за ужином была теплой и непринужденной. Отец с дочерью обсуждали подробности резекции желудка, а исчерпав эту тему, перешли на удаление стопы, пораженной меланомой. Это заставило меня схватить свой фирменный бокал с изображением ломовой лошади и удрать к Наташке.
Подруга ела мороженое. Мое появление ее не испугало – не было необходимости делиться или объяснять, что самой мало, к мороженому я равнодушна. Это ж не конфеты в коробках. Особенно с ликером. Или бельгийские. Или, например… Впрочем, я довольно быстро пришла в себя.
Новость прямо рвалась с языка. Пока Наташка вылизывала блюдце (все-таки инстинкт дал себя знать, и мороженое мгновенно исчезло), я коротко посвятила ее в план завтрашнего визита к Сергею. Она не удивилась. Я знала, что что-нибудь придумаем, и рассказала о визите к врачу. Частная фирма ее не устроила. Через цепочку знакомых своих, а потом и чужих вышла на специализированную гинекологическую больницу, а там и на лучшего гинеколога. Повода для волнения не было. Единственная предосторожность, которую следовало предпринять Татьяне, – лечь в роддом заранее.
Определили даже куда – в Институт акушерства и гинекологии. Он, правда, тихо разваливается – здания обветшали, но специалисты там – лучше не бывает. Потом обсудили детали допроса с пристрастием, учиненного мне мужем, и удивились, почему мужикам не живется спокойно? Заодно сошлись на том, что врать нехорошо, но уж если приходится, надо осваивать это ремесло в совершенстве. Ложь бывает разная. Наша – во спасение.
У Натальи было тихо и хорошо.
Никаких тебе резекций желудка. Борис сидел за компьютером в спальне, Лешик – в большой комнате, за вторым компьютером. Денька с Натальей в период обеденной страды работали на кухне, а в свободное время там жили. Денька во время готовки постоянно была на подхвате. И освоила это дело в совершенстве. Лишние, а порой и не совсем лишние куски какой-нибудь вкуснятины кухонная санитарка проглатывала на лету. Пол оставался идеально чистым.
– Ой! – встрепенулась подруга. – Сколько времени? Восемь? Замечательно.
Пойдем навестим Анастаса Ивановича. Неудобно, наобещали помочь…
Открыл нам Степан Иванович. При нашем появлении радость в его увеличенных бифокальными очками глазах померкла. Отсюда напрашивался вывод: Степан Иванович кого-то ждал. Но точно не нас. Мы постарались этого не заметить и бодро заявили, что нам нужна Анастасия Ивановна. Он покорно посторонился, пропустил нас вперед и, только закрывая дверь, уныло поведал, что ее нет дома.
