Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Уже на следующий день в его офис пришел Виктор, местный следователь.

После дежурного приветствия Виктор положил на стол всего один лист бумаги. Там была фотография Максима и основная информация о нем.

– Рысаков? – Петр Олегович поднял на Виктора встревоженный взгляд.

Следователь кивнул:

– Тот самый.

Глава 6

– Ты поедешь в Петербург, – Петр Олегович положил на стол несколько распечаток.

Лиса взяла их и удивленно посмотрела на отца:

– Квартиры?

У него была странная особенность все распечатывать. Он жутко не любил информацию с экрана.

– Выбирай, – он сел напротив.

Тут же подбежала официантка с маленьким эспрессо:

– Как обычно, Петр Олегович.

Мужчина выдержал паузу, чтобы девушка не грела уши. Вечерний бриз приятно холодил кожу. Лиса подняла волосы в высокую прическу, она любила, когда ветер целовал шею.

– В Питере всегда холодно, – зачем-то сказала она.

– Я дам тебе денег на теплую одежду, – будничным тоном ответил отец.

– Мама будет ругаться, что ты пьешь на ночь кофе, – перескочила Лиса, нахмурившись.

Мужчина одним глотком осушил половину чашки:

– Мы ей не скажем. И не скажем, от кого ты забеременела. Мы ей про беременность вообще не скажем.

Он поставил чашку, оторвал с грозди несколько виноградин.

– Я тебя решительно не понимаю, – Лиса нахмурилась еще больше. – Мне нужна мама, чтобы пережить все это. Может, ты не догадываешься, но я очень боюсь беременности. Мне показалось, что ты не против стать дедушкой…

Петр Олегович широко улыбнулся:

– Я только за! С нетерпением жду, когда ты назовешь мне пол ребенка, чтобы начать покупать игрушки.

– Тогда в чем дело? – Лиса сказала это слишком громко и испуганно посмотрела по сторонам.

Петр Олегович съел еще несколько виноградин, потом взял с дочкиной тарелки недоеденный круассан и запихнул в рот:

– Ты же помнишь Бориса, моего брата?

Лиса кивнула. Дядя Борис сидел в тюрьме уже три года.

– Дело против него сфабриковал Максим Рысаков, – жестко выговорил Петр Олегович, сжав пальцы до побеления костяшек.

На мгновение Лиса перестала дышать.

– Твой Максим – мент.

А почему нет? Отличное тело, немногословен, с девушками скован. Он явно не походил на мажора или на представителя офисного планктона, которые приезжают на море и ведут себя, как медузы, выброшенные на песок.

Макс был собран и напряжен. От него несло тестостероном, а руки были уверенными и сильными. Воспоминания о той ночи заставили девушку задрожать.

Петр Олегович понял это иначе.