Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— Я всегда получаю то, что хочу! — искренняя убежденность звучит в ее голосе.

Похоже, дядя, а может даже родители, прилично избаловали Катеньку, раз она не понимает простое слово “нет”.

— На этот раз, к сожалению, ты не получишь желаемого, — четко произношу каждое слово, стараясь выглядеть как можно более увереннее. — Артем — мой муж. У нас дети. Мы любим друг друга. Тебе не разрушить нашу семью, — пока говорю все это, спокойствие наполняет меня, ведь все произнесенное мною чистая правда.

Если мы с Артемом до сих пор не расстались из-за вертихвостки, которая попыталась влезть в нашу семью, то сейчас у нее точно не получится вбить клин между нами.

— Ты снова не поняла, — шипит девушка совсем как змея. Черты лица Кати заостряются, делая ее похожей на ведьму. — Плевать мне вашу семью! — выплевывает. — А что касается детей, — выгибает бровь, — я стану их мамой, — коварно усмехается, — до того момента, пока не сошлю к бабушке, — хмыкает.

Ярость вспыхивает во мне мгновенно. В один шаг преодалеваю разделяющее нас расстояние, заглядываю Кати в глаза.

— Не смей приближаться к моим детям, — цежу сквозь стиснутые зубы.

Материнский инстинкт вопит, чтобы я защитила моих малышек любым путем… чтобы уничтожила угрозу. Но остатки разума не дают злости полностью захватить меня. Ногтями впиваюсь в ладони.

— Ой, больно они мне нужны, — закатывает глаза Катенька. — Я хочу только твоего мужа. Мне так и не удалось в полной мере попробовать его… — ухмыляется одним уголком губ, — прибор, если ты понимаешь, о чем я, — проходится языком по губам.

— Что-то подсказывает, он хорош, — мечтательно вздыхает. — А еще Артем сможет избавить меня от надзора дяди и заодно безбедную жизнь мне обеспечит. Идеально, я считаю.

— Какая ты… противная, — кривлюсь.

Глаза Катеньки округляются.

— Что ты сказала? — она шумно выдыхает.

— Я сказала, что с такими взглядами на жизнь, тебя не ждет ничего хорошего. Мужчины — живые существа, которые тоже хотят, чтобы их любили…. чтобы о них заботились, а не относились к ним, как к обычным кошелькам, — выпаливаю всю правду ей в лицо.

— А что касается Артема. Ты еще не заметила, что он тебя терпеть не может? Артем бы на тебя не клюнул, даже если бы меня не было рядом. У него есть вкус, — закатывает глаза.

По мере того, как я говорю, лицо девушки ожесточаются, а плечи расправляются. Она сводит брови к переносице. Смотрит на меня… с ненавистью.

— Это мы еще посмотрим, — злорадно усмехается. — Ты умеешь плавать? Хотя пофиг, — хмыкает.