Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

А что до меня, то я дам возможность Павлу поговорить с его братом.

— Как это? — вскинул седые брови смертный.

— А вот так. Пробудил я сознание твоего внучка Александра.

Мужчина потрясённо уставился на меня. А Громов-младший неодобрительно заворочался внутри. Дескать, он сам пробудился. Вот такой он самостоятельный.

Глава 24

Громов-старший едва не расплакался от радости, когда узнал, что его внук очнулся. Пришлось тут же дать ему возможность пообщаться с Александром. Я выступил в роли переводчика между ними.

И мне аж минут десять пришлось на человеческий язык переводить мыслеобразы Громова-младшего. Но зато его дед засиял, как лампочка в ночи. У него будто открылось второе дыхание. Глаза засверкали, спина выпрямилась, а животик чуть-чуть втянулся.

— А ведь я, грешным делом, иногда думал, что вы и не хотите Сашку будить, — признался расчувствовавшийся мужчина, украдкой вытирая слезинку радости, выкатившуюся из уголка глаза.

— Ох и сильно ты меня обидел своими гнусными подозрениями, — сдвинул я брови над переносицей.

Смертный сразу же стал извиняться. Но я горделиво отмахнулся от его слов и велел отвести меня к Павлу. Громов тут же повёл меня к своему внуку. Тот обнаружился в своей комнате. Она раза в три была больше его предыдущей. Тут в волейбол можно было играть.

Подросток настороженно посмотрел на меня. А я изобразил свою самую тёплую улыбку и невзначай начал вспоминать наше совместное прошлое, подталкивая Павла к тому, чтобы он принялся задавать мне какие-то каверзные вопросы, ответы на которые мог знать только настоящий Александр.

Подросток наживку заглотнул с большой охотой и включился в игру. А я блестяще ответил на все его вопросы, поскольку мне с помощью мыслеобразов подсказывал Громов-старший. Он же был заинтересован в сохранении нашей тайны.

В итоге уже через полчаса Павел оттаял. Снова заулыбался, как и прежде, а из его глаз ушли холодок и настороженность.

А уже сидя за накрытым столом в роскошной гостиной с камином, он поделился своими горестями:

— Представляете, у меня теперь столько друзей и подруг, что даже не знаю, какие из них настоящие, а какие дружат со мной только из-за Александра.

Он же теперь звезда, не то что раньше, когда об него все ноги вытирали.

— Только время покажет, кто среди твоих друзей по-настоящему дружит с тобой, а кто притворяется, — мудро ответил Громов-старший и поднял бокал с вином, глядя на меня. — Ну, давайте выпьем за возвращение Александра.