Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Ты думаешь, что это будет не слишком уместно? Ты же только-только расстался с Огневой, — проникновенно произнесла красавица и попыталась изобразить на лице сопереживание. Но у Беловой это вышло не очень удачно. В её глазах горели костры радости.

В это же время сознание Громова снова вспыхнуло целым калейдоскопом эмоций. Он ведь лишь сейчас узнал, что я, находясь в его теле, встречался с графиней. Вряд ли, конечно, он знает Огневу, но сам титул явно впечатлил его.

Да, Александру ещё многое предстоит узнать…

— Всё верно, — поддакнул я, посмотрев на девушку.

— Если хочешь выговориться, я всегда рядом.

Интересно, как бы это выглядело, реши я честно выговориться Беловой? Сказал бы, что я вообще-то не Громов, а потомок Локи и прибыл из другого мира? А здесь мне нужно грохнуть богиню Маммону и попытаться избежать смерти от лап Одина? Да, разговор однозначно получился бы примечательным.

— Буду иметь в виду, — сказал я и попрощался с графиней, посмотрев на наручные часы. Лекция начнётся уже через минуту.

— До встречи, — проронила блондинка и удалилась, плавно покачивая крутыми бёдрами.

Я вздохнул, глядя на её сексуальную пятую точку. Давненько у меня не было постельных утех. Ладно, потерплю ещё. Сейчас не до них. А вот потом оторвусь, так оторвусь, если жив останусь.

Вернувшись в аудиторию, я вместо прослушивания лекции принялся мысленно рассказывать фонтанирующему эмоциями Громову о событиях, произошедших с тех пор, как он впал в кому.

Александр, ясный хрен, знатно офигел, поняв, как я круто поменял его жизнь.

Он даже затих, переваривая новости. Я ведь не стал жалеть его, а вывалил всё сразу, включая и свои проблемы.

А чего мне стесняться? Пусть знает, что нас ждёт. Я же всё-таки решил не погружать его в сон. Возможно, Громов мне ещё пригодится.

Ну а на третьей лекции я начал учить Громова посылать мне мыслеобразы. Подобный вид общения был гораздо проще, чем мыслеречь. Он не требовал особых усилий и тренировок.

Его можно было освоить за пару часов.

К моему удивлению, первый мыслеобраз Александр послал после последней лекции, когда я шёл по дорожке в сторону общежития. Понятное дело, образ был кривым, туманным и расплывчатым, но мне удалось сообразить, что Громов просит показать его новую внешность. Проблем с этим не возникло.

Придя в свою комнату, я снял форму и встал перед ростовым зеркалом. Сознание Александра сразу же вспыхнуло удивлением и радостью.