Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Единственной для всей Школы! я — супер! Убрала планшет в рюкзак и отправилась библиотеку. Там, согласно объявлению, ожидалась сходка таких же, как я, культурно-этических бедолаг.

Обед украсился неприятным сюрпризом: вернулся барон. Притащил зачем-то свою безупречную задницу в столовую, словно его в баронском замке плохо кормят, и принимал поздравления и рукопожатия от друзей-курсантов. Иван и Эспо повыскакивали с мест, хлопали гулко Кей-Мерера по плечам. Я не стала даже кивать. Зачем? В густой и разношерстной толпе встречающих сиятельного аристократа никто и ничего не замечал все равно.

Три комэска и рыжие близнецы сдвинули вместе столы, как когда-то. Я обнаружила себя сидящей ровно по центру.

Словно по мановению волшебной палочки, на столешнице образовалась бутылка ледяного белого вина. Сухой мартини — любимое пойло командира пограничников. Загорелая рука Эспозито с золотой печаткой на мизинце стала разливать иноземный коктейль по стаканам. Шесть штук.

— Здравствуй, Петров, — глуховатый голос возник напротив.

Принес свой позабытый запах. Улыбается.

— Зрассти, — промямлила я. Поглядела по очереди сначала в окно, потом в стену, потом на левое ухо вновь прибывшего. Так он когда-то смотрел на мое.

— С возвращением! — поднял тост мой нынешний комэск.

Остальные шумно поддержали, стукаясь плоским звуком граненных стаканов. Я не доверяю мартини-драй, слишком чувственно для меня. И дорого. Привыкну еще! Не участвовала в приветственных возлияниях, помалкивала. Через пару минут собрала свои тарелки и ушла за стол Кацмана.

Изя, как всегда, не нуждаясь в чужих вопросах, просветил: на родного деда Кей-Мерера, того самого, что обожал фоткаться на фоне отрубленных голов, было совершено покушение. Барон-внук носился в Столицу, помогал там в расследовании этого грубого межгалактического инцидента. Никого в итоге не поймали, все повесили на хомо верус. Кто бы сомневался!

— Короче, переговоры, который вел Отто Кей-Мерер, зашли в непролазный тупик. Градус отношений Межгалактического Союза, Великой Империи и репарационных территорий упал до нулевой отметки.

Еще пара подобных историй и перевалит в отрицательную часть жизни, — Кацман улыбнулся неожиданно грустно.

— Будет война? — я не верила.

— Мы с дедом так не думаем, слишком невыгодный момент для матушки Империи. Но воякам такая мысль нравится.

— Этот Отто — сам придурок, каких поискать, — выступила я. Чуть было не посмотрела в сторону барона-внука. Вовремя спохватилась.