Я сижу на коне, вместо седла подо мной мягкая белая шкура. На ногах легкие сандалии, никаких тебе шпор и стремян, зато поножи закрывают ноги до колен. На голове фракийский шлем с белым плюмажем, тело защищает кольчуга и кованый нагрудник. Сбоку, на перевязи через правое плечо – ксифос с листообразно расширяющимся клинком.
– Разве я не прав, Александр?
Парменион сед, он участвовал во многих походах и десятках битв, и он говорит правильно – надо разбивать бивуак и отдыхать. Но с его правотой он не стал великим.
– Ты прав, старый воин! Но запомни – я никогда не буду делать то, чего ожидает противник! Вступаем в бой с ходу! Вперед!"
"Трубит рог, правый фланг выдвигается вперед, легковооруженный разведывательный конный отряд начинает перебираться через реку.
Обычно это не сложная задача. Но в весеннем разливе Граник шире и глубже, чем обычно. К тому же противоположный берег высок и обрывист, вдоль него выстроилось персидское войско… Врагов много. Очень много. Тысяч сорок. Пехота облепила склоны холмов, до самого подножья гор.
Впереди, вдоль реки, сколько видит глаз – конница. Мой отряд начинает медленно выбираться на вражеский берег. Лошади скользят в грязи и мокрой глине. И тут на них налетает конница персов! Их больше, и положение у них лучше, пехота Дария наблюдает, как конница Митридата рубит наших и восторженными гортанными криками поддерживает своих собратьев: будто ревет могучий океан.
Пора! Перегнувшись с коня, я беру у оруженосца щит и тяжелое копье с древком из прочного кизила, бью коня пятками в бока…
– Вперед!
Но и без команды мой личный отряд бросается следом.
Тяжеловооруженными гетайрами командует Клит Черный, а он понимает меня без слов. Холодные брызги реки, вспененной копытами лошадей, обдают защищенные железом икры. Правое крыло войска идет за нами, наискосок течению, туда, где военачальники врага – их легко отличить по пышности одежды и блеску дорогих доспехов. Надрывные звуки труб слились с воинственными криками гетайров, мурашки бегут по телу, возбужденная кровь бурлит сильнее, чем взбитая копытами река, яростно колотится сердце…
С разгона выскакиваем на берег, тесня персов и отбивая уцелевших македонцев у стервятников Митридата.
Конное сражение мало отличается от пешего. Конь бросается на коня; человек схватывается с человеком; мы стремимся вытеснить персов на равнину, персы пытаются столкнуть нас обратно в реку. Я действую копьем, как и все остальные. Пехота персов защищена плохо, а конники в доспехах.
