Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

И хотя смутить нас было совсем непросто, в виду отсутствия стеснительности и скромности, как таковых, после прохождения воспитательных процедур у нашего дорогого Пиночета но, тем не менее, мы стыдливо и густо краснели, вспоминая, что именно вытворяли на танцполе с дамами, годящимися нам если не в бабушки, то — в мамы однозначно.

И самое главное, что вгоняло нас в панический ужас и всепоглощающий стыд — это всплывающие в памяти обрывки из того, что так страстно и нежно шептали нам на ухо во время бесконечных и продолжительных «медляков» умудренные жизненным опытом партнерши, прижимаясь своими роскошными и зрелыми телами (4-й размер и более, сами понимаете чего) к нашим неискушенным и неокрепшим душам.

Вспоминая эти горячие слова, мы еще долго непроизвольной покрывались испариной, стыдливо и скромно опускали свои глазки, не смея открыто посмотреть в ответ.

И хотя целомудренность не входила в перечень наших многочисленных достоинств, к такому повороту событий и многообещающим отношениям, мы были просто не готовы. Мы были бессовестно молоды.

После того вечера, ДК «Октябрь» мы обходили 10-й дорогой и за 20-ть кварталов.

44. 23 февраля

Это сейчас 23 февраля так себе, а не праздник. Профанация. Стандартная протокольная показуха, обязательная к исполнению, с ненавязчивой гримасой легкой брезгливости на толстом личике государственного деятеля, поздравляющего с высокой трибуны служивый люд.

Важный чиновник фальшиво лыбится «голливудским смайлом» и напыщенно говорит о тяготах и лишениях воинской службы, хотя не имеет о них ни малейшего понятия и представлений. Честно говоря, смешно и противно слушать ожиревшего чинушу, который сам никогда не служил в армии и старательно отмазал своего мажорного отпрыска, который мгновенно теряет свой высокомерный лоск и начинает биться в истерике, а также — обильно гадить под себя от одного-единственного слова — «ВОЕНКОМАТ».

Было время, когда народ искренне гордился своей армией, уважал её, искренне любил, считал нужной и полезной защитницей, познавшей радость и гордость далеко не одной победы.