Ни могучая молодая живительная энергия, ни чудодейственное свойство камней излечивать хворь. И совсем не анекдот, а самую настоящую правду поведал миру англичанин Горсей, бывший в последние минуты у ложа Ивана Грозного. Жестокий царь умирал долго, мучительно и страшно: он заживо гнил. Вот как Горсей описывает момент его кончины: «Вокруг царя в вазах находились драгоценные камни: „Посмотрите на этот чудесный коралл и на эту бирюзу, — говорил Иван Грозный. — Возьмите их, они сохраняют природную яркость своего света.
Положите их теперь ко мне на руку, я заражен болезнью, смотрите, как они тускнеют, это предвещение моей смерти“». Затем он приказал принести свой драгоценный посох единорога, оправленный в многочисленные драгоценные камни: изумруды, алмазы, рубины, сапфиры. Он приказал своему врачу Ивану Лофу очертить посохом круг на столе и принести живых пауков. Пауков принесли и выпустили часть вовнутрь круга, часть на его внешнюю сторону. Те пауки, которые находились внутри круга, сдыхали, не успев выбраться из круга, те, которые были на наружной его стороне, поспешно бежали прочь.
Иван Грозный так комментировал это явление: «Поздно. Этому посоху уже не спасти меня»[3].
О свойствах драгоценных камней мы вам расскажем несколько позже, а сейчас вернемся к нашей скучающей царице.
А. П. Рябушкин. Русские женщины XVII столетия в церкви. 1889 г."
"Кончила она вышивать. Разглядывает светлицу. Дворовых девок у нее полным-полно. У иных цариц до 300–400 человек доходило. И была даже для них построена в Москве специальная слобода — Кисловка.
Понукает и следит за ними кравчиня, вторая важная боярыня при государыне, а первая боярыня — постельная, та за казной царицыной следит и за постелью. Каждый вечер будет с несколькими девками в опочивальне государыни спать укладываться да царицу от злых духов и, не дай Бог, посторонних мужчин охранять.
А надо вам сказать, что была эта должность в высшей степени почетная. И переходила она из поколения в поколение с некоторым видоизменением.
Когда царицы сами стали русским государством править, они баб-постельниц повыгоняли и сменили их на постельников-мужиков. Так, у Елизаветы Петровны в большом почете был истопник Василий Федорович Чулков, которого за особые заслуги произвели в чин хранителя царского алькова. Это он каждый вечер являлся с матрацем, и двумя подушками и укладывался на ночь у постели Елизаветы. Фавориты, как перчатки, менялись, Чулков неизменно оставался.
