Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Внутри меня бушевала метель розовых лепестков миндаля. В горле клокотал то ли крик, то ли плач.

Я слишком многое хотела ему сказать, но ведь он так торопится…

И я опустила глаза.

Послышался звук заводящейся машины.

Я. Осталась. Одна.

Третий раз свадебного платья

В третий раз я надела свадебное платье в пятую годовщину нашей свадьбы. Немного не дотянули, всего месяц. Еще год назад мы собирались отметить юбилей с размахом — заказать лимузин, купить какого-нибудь роскошного шампанского, ездить всю ночь по городу, заходя в самые красивые, вкусные и модные места.

Антон как раз устроился на новую работу, где его навыки пускать пыль в глаза и договариваться со всеми обо всем наконец оценили в сумму выше средней по рынку. Через год мы бы могли себе позволить и не такое.

Через год я сидела в свадебном платье на балконе съемной хрущевки, которую мы так и не успели сменить на что-то поприличнее, пила из горла сухое красное, курила и слушала «Никогда» Агаты Кристи на бесконечном повторе.

Вино проливалось на платье, оставляя пятна, похожие на кровь, но мне было похуй.

Зачем мне платье с той свадьбы, которая привела меня сюда?

Третья бутылка осталась на платье больше чем наполовину. Я с трудом добрела до прихожей и долго смеялась, глядя на себя в зеркало. Невеста, бля. Посмотрите на нее!

Стены квартиры давили, спертый воздух душил, сигаретный дым висел сизыми полотнищами над головой.

Я выскочила на улицу — до парка было всего пять минут, и глубокой ночью мне никто не встретился по пути. На их счастье.

Пьяная невеста в платье, заляпанном красным — не то зрелище, к которому человек готов в три часа ночи.

Над круглым прудом, окруженном ивами, стелился белый туман. Я подошла к самой воде, проваливаясь в грязь по щиколотку и стащила с себя платье, оставшись в одном белье. Увы, июньская вода оказалась слишком холодной и быстро стерла блаженное пьяное забвение.

Оставленное платье тяжелым облаком лежало на траве. Оно вряд ли смогло бы меня согреть. Если только не…

Я подожгла его. Я подожгла его, я стояла, смотрела, как эта синтетическая лживая мечта корчится и съеживается в ярком пламени — и думала, что если это меня не освободит, то ничто не сможет.

Красивые жесты не помогают, если не наполнены внутренней готовностью.

Вообще, как любая женщина, наверное, я прикидывала, что буду делать, если муж мне изменит. Примеряла на себя трагическую роль, заранее немножко печалилась. Но знала, что буду гордой.

Не позволю вытирать об меня ноги.

Не дам унизить себя.