Японская война 1904. Книга пятая читать онлайн

— У Коджона нет и шанса против нового императора. Если не вмешиваться, то северяне наведут у себя порядок за пару месяцев. При нашей поддержке это можно сделать еще быстрее, а заодно включить ее в будущие торговые договора как часть нашего взноса. Очень хорошая сделка. Вот только неужели тут хоть кто-то думает, что японцы не попытаются зацепиться за континент? Корея — их последний шанс остаться империей, тянуть откуда-то соки для новой войны с нами.

— И поэтому вы устроили этот бунт, чтобы им помешать? — осторожно спросил Алексеев.

"— Я ничего не устраивал, — я покачал головой, даже не подумав попадать в такую грубую ловушку. — Но я считаю, что Россия обязана использовать ситуацию для своей пользы. Поддержать тягу корейского народа к свободе, осудить захватнические устремления японского милитаризма. Ну и на переговорах — если раньше отход хотя бы с севера Кореи был бы уступкой, то теперь это уже ситуация на земле, и Сергею Юльевичу будет немного проще.

— Свобода, милитаризм — чушь! — Стессель единственный из собравшихся продолжил спорить.

Не очень осмотрительно. Все остальные успели обратить внимание на задумавшегося Сергея Александровича и промолчали.

— Значит, вы не участвовали в этом? — великий князь проигнорировал побледневшего коменданта Порт-Артура.

— Я занимался обучением корейских добровольцев, я отправил их туда, и я рассматривал такую вероятность, — отрицать очевидное я не собирался.

— Отдавали ли вы приказ?..

А вот и самый неприятный вопрос — кажется, что тут сложного, бери и ври, но в то же время мне почему-то казалось, что это будет очень и очень неправильно.

— Ваше высочество, — он уставился на Сергей Александровича, — вы сказали приносить сообщения от Сергея Юльевича без задержки, чем бы вы ни занимались.

Великий князь развернул бумагу, несколько секунд вчитывался, а потом не выдержал и хмыкнул.

— Если бы кто сказал, что хитрый лис и боевой генерал предложат одно и то же, не поверил бы, но вот, — он кинул бумагу на стол.

— А осуждать японский милитаризм не просит? — молчавший все это время Бильдерлинг даже улыбнулся.