Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Враги. Вода. Темная магия.

Ист и Лакс. Да, Лин прав, я умею заводить как друзей, так и смертельных врагов.

И все-таки все они ошиблись. Я не была Истрой. Я была Истринской. Проклятия на меня не действуют. Или да?..

Сознание путалось, а по коже стремительно растекалась темная сеточка. Выглядело жутко, будто все моя кровеносная система наполнилась чернилами, проступающими сквозь кожу.

Лира Истра. Я перестала быть ею, когда вышла замуж. Вот же гадство. Лин хотел защитить меня браком, но, кажется, смена имени сделала меня немного уязвимее.

"Жар, растекающийся по телу, сделался таким сильным, что на глазах выступили слезы. Но я все равно смогла рассмотреть довольную рожу Локара и передать ему свои ощущения. Когда я упала на колени, иллюзионист уже был без сознания. Следом темнота накрыла и меня.

Глава 24

* * *Никогда не думала, что испугаюсь, увидев во сне Эльнару. Но при виде сидящей на полу женщины мне в самом деле стало жутко. Эльфийка медленно раскачивалась, обхватив себя руками.

Её застывшее лицо было белее воска, а бескровные губы сжимались в тонкую линию. И книги, десятки книг лежащие на полу вокруг Эльнары. Залитые чернилами, с вырванными страницами и даже сожженные магией.

— Мама! — голос Лина походил на эхо в конце тоннеля.

Я сначала не поняла, откуда идет звук, а потом увидела отражение Сартарэна в крошечном зеркале на стене.

— Лин, я подвела тебя, — измученно выдохнула эльфийка. — Я не смогла подарить тебе свет.

— Глупости. Ты подарила мне жизнь.

Это намного важнее.

— Ты должен был стать эраэлином, светом нашего народа. Но я оказалась такой никчемной…

— Это он тебе сказал? Не слушай владыку! Я скоро приеду и покажу тебе, что ты ошибаешься. Я смог призвать свет, мама. Смог благодаря иллюзиям. Иллюзии — вот связующая нить между светом и тьмой. Они могут обмануть во мраке, но могут и научить видеть свет даже в кромешной темноте.

— Лин… — Эльнара измученно всхлипнула, но даже не повернула голову к зеркалу. — Мне кажется, что я слышу твой голос, но я знаю, что ты никогда не вернешься в Светлые земли.

Тьма отняла тебя у меня. Искупление — единственное, что мне осталось. Мой свет должен стать новым сердцем леса.

— Не смей так говорить! Мама, я вернусь. Посмотри на меня, мама!

Зеркало звенело, раскачивалось на стене, а потом вдруг лопнуло и осыпалось осколками. И за этим звоном я слышала другой голос Сартарэна, неистовый, отчаянный, вот только он звал уже не Эльнару, а меня, Лиру.