Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— Босс, тебе сейчас нужно здраво мыслить…

— Скажи. Мне!

— Плохо.

Я тяжело ступая вышел из гостиной. Мне нужно было немного времени. Просто для того, чтобы заставить легкие дышать.

Я во всем виноват!

Я гребаный жалкий придурок!

Я никчемный кусок дерьма, который не может ничем помочь своей любимой женщине, пока этот маньяк истязает её!

Я позволил всему этому случиться и только и могу, что упиваться чувством собственной вины и заниматься самоуничижением.

Только это никак не может освободить мою Нику из лап чудовища.

А ведь я чувствовал уже тогда давно, что с Ариманом что-то не так. Словно от него все время исходил какой-то еле уловимый запах гнили.

Но я был эгоистом и наплевал на это. Ведь сначала у меня была моя маленькая принцесса, и меня ни хрена не волновало все вокруг. Главное, что мне хорошо.

А потом я, вместо того, чтобы бороться, просто предпочел гордо уйти и забыть, что она вообще есть на белом свете, носясь со своей обидой. Ушёл, не озадачиваясь тем, что оставляю её рядом с монстром, исходящимся слюной на неё.

Да, я был всегда слишком озабочен собой и своей проклятой уязвленной гордостью, вместо того, чтобы продолжать охранять мою принцессу хоть издали. Стеречь её, не сводя глаз. Ведь она даровала мне это право и эту честь так давно. Раз и навсегда! Вверила свою судьбу в мои долбаные руки. А я подвел её. Бросил!

И даже когда она вновь пришла ко мне сама, опять доверяя себя, я повел себя, как эгоистичный мудак.

Гордись собой, Римман! У тебя для этого охерительное количество поводов! Прямо гребаный бесконечный список!

Господи, ну почему все становится так очевидно, когда уже почти совсем поздно!

Я вернулся в гостиную.

— Нам нужен четкий план, — сказал я. — И только те, кто готов рискнуть своей головой и кому вообще нечего терять.

— Я с вами! — тут же встал Миша.

— Ой, да уймись ты, человек! Не хватало еще и твою задницу прикрывать в такой момент! — рыкнул на него Локи.

Глава 30

Ночью перед похоронами я не смогла уснуть даже на секунду. Все внутри просто кипело в неистовой надежде на то, что я, наконец, смогу вырваться.

Я так старательно загоняла эту мысль внутрь, что мне казалось, я сорвусь в любую минуту, и меня затрясет. И больше всего я боялась, что меня выдаст запах. Ведь, как я ни старалась держаться внешне, мое тело то и дело бросало то в пот, то в озноб из-за того, что сдерживаться с каждой минутой становилось все сложнее.

— Детка, начало цикла уже совсем близко, — прохрипел Ариман, располагаясь между моих ног.