Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Позвонить Никите прямо сейчас?

Она уже потянулась к мобильнику, но голос бабушки остановил ее.

– Ольга, – услышала она через дверь.

– Я здесь, входи, – позвала ее Ольга, выключая компьютер.

– Как думаешь, кто звонил? – спросила Валентина Яковлевна. По голосу Ольга поняла, что незачем пытаться, все равно не угадает. Но у нее чуть не вырвалось: «Барчук».

Да с какой стати? Даже если бы он позвонил, разве представился бы этим именем?

– Кто же? – спросила Ольга, укладывая отпечаток в прозрачную файловую папку.

– Любовь Борисовна. – Бабушка произнесла имя торжественно-насмешливо.

Ольга быстро повернулась к ней. На память пришел едкий запах, исходивший от испорченного мыла, она поморщилась.

– Почему ты морщишься? – с иронией в голосе спросила Валентина Яковлевна, тоже вздернув нос. – Что такого я сказала? На тебя так действует имя нашей благодетельницы?"

"– Благо-детельницы? – Ольга разделила слово, чтобы выделить первую часть – «благо».

Бабушка оценила ее прием, улыбнулась:

– Она считает именно так.

– Знаете, уважаемая Валентина Яковлевна, должна вам сказать, что мы с вами не бизнесменки, а мокрые курицы.

– Говори о себе, я не болтаюсь под дождем неизвестно где, – проворчала она.

Ольга поняла – бабушке нестерпимо хотелось узнать, куда она ездила в дождь. Но она не собиралась рассказывать. Пока по крайней мере.

– Я имею в виду, – продолжала, горячась, Ольга, не обращая внимания на замечание Валентины Яковлевны, – мы с тобой навели Савоськину на удачный бизнес, а сами.

.. Согласись, мы работаем на нее.

– Отчасти, – сказала Валентина Яковлевна. – Но без нее мы бы не...

– Разве мы с тобой не созрели для самостоятельного дела? – Она услышала свой голос, в нем сквозила досада. Но разве на Савоськину? На себя. – Если бы я не уезжала на Север, я бы уговорила тебя дать Любови Борисовне отставку. – Ольга поджала губы.

– Так не уезжай, – сказала Валентина Яковлевна ровным голосом.

– Я уже решила. – Ольга махнула рукой.

– Тогда... не гони волну, – отозвалась бабушка и засмеялась.

– Так говорит соседский малыш своей матери, когда она начинает его за что-то ругать, – объяснила она.

– Малый отстал, – проворчала Ольга. – Так уже не говорят продвинутые молодые люди. Ладно, говори, чего хочет твоя разлюбезная Любовь Борисовна?

Бабушка улыбалась ярко накрашенными губами.

– Что-что... Хвостом виляет, вот что. Я с ней крепко потолковала.

Можно подумать, фыркнула Ольга, Любовь Борисовна задрожала как лист осиновый.