Лягушка под зонтом читать онлайн

 – Мазаев подмигнул и облизал губы.

– Аманда Лир? Я слышал это имя. Кажется, у отца была пластинка.

– Наверняка. Ваш батюшка был чутким человеком ко всему природному.

– А она откуда? – спросил Никита, вытягиваясь на постели, закидывая руки за голову.

– Француженка, англичанка, индианка и даже русская. В общем – мировая женщина. Я, знаете ли, счастлив, как дитя.

Он спрятал пластинку, упал в кровать и через мгновение всхрапывал не менее низким, чем у Аманды Лир, голосом. Никита улыбнулся и закрыл глаза.

Стоило вспомнить об отце, и он снова подумал о своем странном явлении в этот мир.

Ждали не его, а функцию. Родили не его, Никиту, а наследника Дроздова. Сам по себе он не интересовал отца. Для него было главным, чтобы собственные хромосомы залегли в тело сына. С ними, он был убежден, в сыне поселятся его мудрость, мудрость деда. Он верил в мудрость самой природы. Но есть в этом своя правда: он может отличить подлинную вещь от подделки... нюхом. Как дед и отец. Он не изучал искусство народов Крайнего Севера, но не ошибался, в каком веке резал кость мастер.

Никита нравился себе все больше. И его имя – тоже. Кого искал Мазаев? Дроздова. Он не знал, какого качества сам Никита, каковы его знания. Его не смутило, что он сидел в ангаре и сторожил зонты. Опытный Мазаев не сомневался в том, что качества отца и деда есть в сыне.

Он вспомнил сравнение Мазаева – с моржами. Никита не сказал, что читал о них, и эти огромные животные удивили его тем, что плохо видят и плохо слышат.

Но обоняние восполняет все. Так и он – большой и толстый – чует то, чего не чуют другие.

Отец хотел, чтобы он стал наследником его дела, дедова дела. Он должен был написать кандидатскую диссертацию. Для этого Никите незачем было сидеть в библиотеке или набивать новые тропы в лесах Урала. Ему нужно было открыть шкафы, вынуть материалы, оставленные в наследство.

Все произошло бы именно так – обыденно, без усилий, как всякий будний день, который начинается с геркулесовой каши, перемежается обедом – щами с мясом, заканчивается макаронами с сыром в ужин.

А дальше – член-корреспондент, академик, как отец. Всюду свои – за банкетными столами по случаю очередной победы одни и те же лица.

Кто мог предположить, что так изменится мир? За банкетным столом сидят другие. Никита мог бы усесться рядом, но в другом качестве, с самого края. К нему приезжали, делали предложение с условием: он напишет две кандидатские – за себя и за того, на кого укажут.