Чаще всего ими становятся кровные родственники участников властных группировок, их знакомые с детских лет и из своего «круга»[354] или взятые со стороны мужья и зятья. Другим способом пополнения элиты является кооптация наиболее выдающихся вассалов[355]; при этом от вассала требуется искренняя приверженность ценностям правящей элиты. Потенциальным кандидатам предоставляется возможность получить отличное образование и проявить себя в любом деле; но лишь те из них, которые сами выберут правильные ценности, получают приглашение в «племя».
По оценкам Миллса, соотношение «родных» и «привлеченных» в американском правящем классе составляет примерно 2:1[356]. Благодаря регулярному пополнению правящие элиты избегают вырождения, а чрезвычайно жесткий отбор новичков (несколько человек на тысячу) обеспечивает стабильность элитного консенсуса.
Читатель. Не так уж и обеспечивает, раз в нынешнюю элиту проникли «новые финансисты»!
Теоретик. Они проникли в элиту в исключительных обстоятельствах, ведь в холодной войне вопрос стоял о самом существовании мировой финансовой элиты[357].
В таких условиях фильтры ослабевают: к рычагам Власти приходится допускать людей с низким потенциальным, но высоким профессиональным рейтингом. Либералы рейгановского призыва победили СССР и спасли мировую элиту, так что они вполне заслуженно занимают свое место во Власти. Но их идеология (Закон вместо Традиции, Деньги вместо Семьи) подрывает основы основ высшего уровня Власти: его родоплеменное устройство.
В ее рамках основанное на многолетних отношениях доверие подменяется внешним тотальным контролем, создающим иллюзию надежности любых отношений. На наш взгляд, реорганизация мировой элиты на подобной основе может ослабить ее вплоть до полной потери верховной власти. Поэтому с либералами неизбежно придется что-то делать – но рассуждения на эту тему выходят за рамки нашей книги. Поэтому продолжим описание нынешнего устройства Власти.
Следующий ее уровень (вассалы правящей элиты) организован по феодальному принципу.
Именно здесь от вас требуются только присяга и верность, потенциальный рейтинг (который зависит от вашего происхождения) не играет особой роли, а ваши жизненные ценности могут быть любыми, лишь бы их терпел непосредственный сюзерен. При этом сильно идеологизированный вассал даже вреден – в конце концов, он должен быть верен сюзерену, а не идеологии! Здесь правят бал прагматика и цинизм.
