Однако сами элиты тоже меняются, в них приходят новые люди, да и дети всегда отличаются от родителей; поэтому реальная история представляет собой периодические колебания между олигархической и монархической формами Власти, а не линейный прогресс от одной формы к другой. Вспомним в качестве наиболее близкого примера историю многострадального XX века."
"Предыдущий, XIX век наглядно показал, что с развитием военных технологий армия стала дорогим удовольствием, и без создания финансовой системы, способной предоставить в случае необходимости военные займы, вести продолжительные войны стало невозможно.
В результате в крупнейших государствах мира (Великобритания, США, Германия) были созданы национальные банковские системы, быстро объединившиеся во всемирную банковскую сеть, управляемую мировой финансовой олигархией. К началу XX века эта финансовая элита[336] заметно потеснила традиционные национальные элиты: «банкиры» (прежде всего, управляющий Банка Англии Монтегю Норман и американская группировка Морган и Кº) через сеть своих дочерних предприятий контролировали практически всю мировую экономику[337].
Пиком их политического успеха стало создание Федеральной резервной системы США в 1913 году, а вершиной экономического могущества – международная торговля 1920-х годов, полностью контролировавшаяся узким кругом банкиров.
Однако управление столь сложной системой (мировой экономикой) с помощью достаточно примитивных инструментов[338] и в интересах узкой группы олигархов привело к закономерному итогу: разразился очередной глобальный экономический кризис, Великая депрессия.
Столь же закономерно кризис привел к политической революции – национальные элиты, опасаясь катастрофы, сопоставимой с октябрем 1917 года, взбунтовались против «банкиров», и началась повсеместная передача власти «кризисным управляющим». Идеология «свободного рынка» сменилась идеологией «регулирования», в экономике восторжествовал госкапитализм, а к власти в большинстве стран пришли монархические режимы (Муссолини в Италии, Сталин в СССР, Рузвельт в США, Гитлер в Германии).
В Европе практически не осталось государств с реально республиканскими формами правления. Контроль над государственной машиной получили новые группировки, во многом опиравшиеся на старые, «дофинансовые» элиты[339], не приносившие вассальную клятву прежним хозяевам-банкирам.
Но и несколько разных госкапитализмов не пошли на пользу мировой экономике.
