Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Он наблюдал за тем, как она сражается с ними, и наслаждался легкими прикосновениями ее деловитых пальцев, которые спускались все ниже, к животу. Взгляд его не отрывался от ее покачивающихся грудей, он вздохнул и стянул с себя жилет и рубашку.

Глаза ее засияли, нежные пальцы коснулись его загорелой кожи, легли на крепкую грудь. Он положил ладони поверх них, прижимая ее руки к себе крепче, заставляя их двигаться вверх-вниз, негромко застонал. Затем взял ее руку и положил на пуговицы своих панталон.

— Это тоже надо расстегнуть.

Она сглотнула и принялась расстегивать пуговицы одну за другой, отстегивая клапан панталон, приближаясь вплотную к массивной выпуклости, вздымавшейся внизу его живота. Он наблюдал за тем, как ее нежные пальцы высвобождают его плоть, и с трудом сдерживал порывы своего возбужденного тела. Когда со всеми пуговицами было покончено, пальцы ее нерешительно замерли. Он прижал их к своему взбухшему члену и содрогнулся, почувствовав, как она охватила его плоть.

"Он скинул панталоны, потянулся к подолу ее нижней рубашки и помог освободиться от этой последней преграды. Чарити легла поверх покрывала, чувствуя его жадные взоры на своем теле. Она раскрыла объятия, готовясь принять его пыл, предвкушая, как его тело придавит ее своей тяжестью. Однако ожидания ее оправдались не сразу. Он зачем-то полез к массивному столбу кровати, принялся шарить в складках полога, а потом улегся рядом с ней, опершись на локоть, и любуясь тем, как его загар оттеняет ее бледную красоту.

Он поднял руку — в ладони у него была веточка омелы, одна из тех, что она развесила на столбиках кровати. Он поднес веточку к темным от страсти глазам жены.

— Если поцеловать девушку под омелой считается хорошей приметой, то представь, сколько счастья и удачи привалит, если под этой веткой заниматься любовью… — Пока она соображала, что бы мог означать его неожиданный интерес к приметам, он легонько поцеловал ее под веткой омелы. Потом приподнялся и, сверкая газами, полными желания, провел веточкой столь счастливого растения по ее щеке, по шее.

Затем веточка скользнула ей на грудь, игриво коснулась соска.

— Рейн… — Рука ее взметнулась, попыталась прижать его ладонь, но он отбросил ее руку, и веточка продолжила свое чувственное путешествие.

— Это принесет удачу, приворожит везение, это самая лучшая примета. Разве ты сама не чувствуешь, как это хорошо? — шептал он.

Это было и правда очень хорошо.