Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— А нахрена тебе тёплый свитер? Ты бы ещё валенки с собой взяла!

— Разведёнка… — катает это слово как ругательство. — Звучит как Б/У!

— Звучит так, что тебя не потянул слабый мужик, поэтому ты снова в ряду холостячек! Почему «холостяком» прилично быть, а женщинам НЕПРИЛИЧНО?

— Так устроен мир, подруженька, — с грустью во взгляде, когда убирает в комод обратно часть своих вещей. — А у Николяши кто-нибудь есть?

— Не интересовалась, — ныряю рукой в раскрытую пачку чипсов, для заедания лёгкого стресса перед поездкой.

— А надо?

— Фим, я красивая?

Ольга (Лёля)

Да етить колотить!"

"— Лёля!.. Красота она не в цифрах на весах, а в глазах смотрящего, — хрумкаю чипсиной. — Если женщина в себе неуверенна, то её будут окружать одни слабаки с вялым писюном.

— Умеешь ты рассмешить, — вытирает с уголков глаз слезинки. — Уговорила на один чемодан.

— Телефон, — облизываю пальцы. — Алло?! Связь плохая! Перезвоните.

— Кто там? — Лёля сдувает прядь волос с лица, придавливая задницей крышку чемодана.

— Не знаю, — пожимаю плечами. — Номер местный.

Через три минуты звонок с этого номера повторяется.

Молчание.

Сопение.

— Славик, хватит мне названивать! Я к тебе не вернусь! — лимит по чипсам закончился десять чипсин назад. — Если это кредиты, то отдавать буду только натурой! Если предлагаете квартиры с пониженной ипотечной ставкой – моё встречное предложение неизменно!

На третий раз принимаю вызов, не глядя.

— Съёбушки воробушки, сопящий недруг, — вместо приветствия. — Ещё раз позвонишь на этот номер – найду и придушу своими труселями.

Рука у меня тяжёлая. Не выскользнешь, мышь волосатая!

— Доброе утро, Серафима Ильинична, — прокашлявшись, басит Потапов. — У Николя… Николай не может до вас дозвониться. У вас постоянно занято. Решил сам.

— Случилось что-то? — закрываю глаза от стойкого желания побиться головой о стену. — Случилось!.. У вас день рождения! Поздравляю…

— Спасибо за поздравление, — со смешком. — Николай не может разобрать номер дома. Вы поставили на лист чашку с чаем.

Последняя цифра расплылась.

Один раз всё-таки прикладываюсь лбом.

— 1449, — на выдохе.

— Передам.

Николяше пришлось ждать нас минут двадцать, пока Лёлька нанесёт на губы «тот самый оттенок помады».

Подруженька увидела его из окна и обомлела.

Она представляла его хиленьким и низеньким. И до сих пор не понимает, почему на мне ещё держатся трусы.

Я вместе с ней смотрела на мужчину сверху-вниз.

Высокий. Широкоплечий. Харизматичный.