Лазоревый грех читать онлайн

Он чем-то затуманил мои мысли о нем. И теперь я не узнаю, никогда не узнаю, какие чувства были настоящими, а какие — внушенными.

На этой высокоморальной почве я хотя бы чувствовала себя уверенно.

Жан-Клод развел руками, будто хотел сказать: «Видишь? Я же тебе говорил».

Из лица Ашера начал уходить гнев, оставляя лишь пустую маску, которая у них обоих так хорошо получалась.

— Значит, все это была просто ложь.

Я посмотрела на них обоих:

— Что была ложь?

— Что ты хочешь быть со мной и с Жан-Клодом.

Я нахмурилась:

— Нет, не ложь.

— Тогда моя бестактность ничего не меняет.

— Ты влез в мой разум, и я не считаю, что это всего лишь бестактность. Для меня это очень серьезно.

Я поставила руки на бедра — все лучше, чем прижимать их к себе, чтобы никого не коснуться. Я подогревала в себе гнев, потому что так легче было не замечать их красоту. Ну, при гневе вообще меньше внимания обращаешь на красоту.

— Значит, ты все-таки солгала, — сказал Ашер, и на лице его почти не было выражения.

Мне неприятно было смотреть, как он в себе замыкается, но я не знала, как этому помешать.

— Нет, черт побери, это не была ложь! Это ты изменил правила, Ашер, не я.

— Я ничего не менял. Ты сказала, что мы будем вместе. Ты мне предложила вашу постель. Ты молила меня войти в тебя. Жан-Клод сказал, что твою милую задницу трогать нельзя, а глубина для удовольствия у тебя была заполнена. Так куда я должен был деваться?

Я постаралась не покраснеть — не вышло.

— Это говорил ardeur, и ты это знал.

Он отступил почти до края кровати и свалился на синие простыни, ухватившись за столб, чтобы не соскользнуть. Лицо его было пустым, но тело реагировало так, будто я его ударила, и я поняла, что сказала что-то не то.

— Я говорил, что, когда остынет ardeur, ты найдешь способ отвергнуть меня, отвергнуть это, — он показал на Жан-Клода и на кровать, — и ты именно так и поступила.

Оттолкнувшись от кровати, он встал, на секунду уцепился за деревянный столб, будто не был уверен, что ноги его выдержат, потом осторожно шагнул от нее прочь, почти шатаясь, потом сделал еще шаг, еще и еще.

— Подожди! Не можешь же ты просто так уйти! — сказала я.

Он остановился, но так и остался стоять ко мне красивой спиной, когда ответил:

— Я не могу уехать, пока здесь Мюзетт. Я не дам ей повода забрать меня с собой обратно ко двору. Если я не буду никому принадлежать, она это сделает, и у меня не будет оснований для отказа.