Ладога читать онлайн

Верно, не простому люду. О Князе да о Рюрике речь шла, значит, им он и понадобился. К Меславу он сам спешил, получается, варяги его похитили. Правда, настораживали его слова – «сам Князем стану». Неужто он против Меслава дурное замыслил, возжелал с тверди земной ясным соколом взлететь? А коли так, то мог и Меслав вещим оком измену узреть да призвать виновного для суда…

– Скажи, девонька, а пришлые из словен или варяги? – Лис словно мои мысли услышал.

– Нарочитые, из Ладоги, – отозвалась девочка. – Словене.

Меня передернуло.

– А я его искать пойду. – Медведь громыхнул о стол тяжелой дланью. – Покуда не сыщу, никаким наветам не поверю.

– И я. – Беляна, гордо выпрямившись, встала у его плеча. Эх, присушило девку к ведуну!

– И я, – сказал непривычно угрюмо Лис. – Он мне жизнь спас. А сейчас не по своей воле ушел. Некому ему помочь, кроме нас.

Вот, подумал я, зачем ведун о нас пекся.

– Чем же ты ему поможешь, коли вся его сила ничего поделать не смогла?

– А может, и невелика она, сила его… – задумчиво пробормотал Славен. – Если подумать, он и не ворожил толком. Говорил слова колдовские, так то и ты, коли знать будешь, сказать сумеешь, а как Сновидица, с богами не беседовал и погодой не повелевал, как Облакопрогонники, и в зверя не перекидывался… А заговоры разные от матери мог слышать, чай, не глухой.

– Может, и так, – согласился я, – только зачем он таким охотникам, как Меслав и Рюрик, тогда понадобился?

– А об этом мы его самого спросим, если отыщем.

– Где отыщем? – привел я последний довод. Беляна чуть не испепелила меня злым взглядом, Медведь хмуро уставился в пол, а Лис уныло покачал головой.

– Для начала в Давети, а там видно будет, – не растерялся Славен. Спорить не имело смысла. Все они словно сговорились найти ведуна, и я, хоть по-прежнему считал это дело безнадежным, сдался.

СЛАВЕН

Странное было это место – Даветь. Когда-то давно жили в ней люди, а затем перебрались в богатую гостями и товарами Пчеву, оставив без присмотра дома, поля и святые места. Поговаривали, будто стонут ночами в пустых избах кикиморы и домовые и, словно желая шагнуть вслед ушедшим людям, тянется ветвями святое дерево, а на погосте ходят белые блазни, взывая к родным душам.