Дочь регента читать онлайн

Вот было бы хорошо, если бы благоразумная Мария могла повлиять на принцессу Шарлотту! Но разве может беспомощная калека — а Амелия именно так о себе думала, — которая не сумела подавить в душе любовь к Чарльзу Фицрою, хотя любовь эта не имела будущего, учить других, как им жить?

Амелия вспомнила про разлад в королевской семье, про распри между братьями. Неужели этому не будет конца? Да, конечно, они сами виноваты. Но юную принцессу Шарлотту нужно наставлять на путь истинный. Она разрывается между своими родителями: отцом, который не любит ее, поскольку она напоминает жену, и матерью, которая буквально душит бедняжку своей любовью, однако не видит ничего дурного в том, чтобы девочка бывала в скандально известном Монтэгю-хаусе.

Пожалуй, лучше поговорить на менее серьезные темы: о произведениях искусства, которые принц недавно приобрел, и о том, как он украсил свой «Павильон» в китайском стиле.

Однако Амелия не сумела отмахнуться от печальных мыслей о своей семье. И главная ее мысль была о бедном больном короле, который никого так не любил, как ее.

«Когда я умру, — думала Амелия, — что станется с ним?»

***"

"В октябре Амелия заболела — доктора называли эту болезнь «антонов огонь», и стало ясно, что ее жизнь подходит к концу. Принцесса Мария была безутешна; она ухаживала за сестрой с тех пор, как та серьезно захворала, и хотя ей было известно, что конец неотвратим — и наступит достаточно скоро, — она все равно была страшно потрясена.

Королевская семья погрузилась в глубокий траур. Все родственники любили Амелию, но больше всех горевал король.

Король взял медальон, надел его и закрылся в своих покоях. Всю ночь до королевы доносились его безумолчные речи.

Он быстро впал в полное беспамятство.

Однажды слуги пришли к королю и увидели, что он счастливо улыбается.

— Моя милая Амелия не умерла, — сказал им король. — Она уехала в Ганновер к своему маленькому братику Октавию.

Это был сын короля, который умер, когда ему было четыре года — двадцать шесть лет тому назад. После этого случая уже никто не сомневался в безумии короля.