Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Это такое амплуа или он действительно идиот? — Может сделаем это в примерочной или в море по приезде? А может начнём прямо в самолёте? Я, кажется, уже вся теку, как только представляю это.

— Остроумно, любимая. — Спокойно отвечает, прекрасно понимая сарказм в сказанных мной словах. Значит не всё потеряно, здравый смысл в голове присутсвует. — Я не хочу принуждать тебя к сексу, но, если в ближайшее время не решишься, заставлю.

— Вот как? — Фыркаю. — Не хочу, но возьму. Хорошая политика. В твоём ублюдском стиле, Зуев.

— Лисёнок, я мужик, который хочет трахаться. — Мои проблемы? — И это нормально! Не хочешь ты, я возьму сам.

— Это называется изнасилованием, Тимур.

— Какое изнасилование, родная? Мы муж и жена.

Продолжать диалог не было смысла, особенно, когда я поняла, что машина завернула в знакомый мне двор, а около одного из подъездов стояла Таня с чемоданом в руках. Она что, с нами летит?! Это прикол такой?!

27 — глава

— Стоять! — Хватаю Тимура за руку, когда тот хочет выйти из машины на помощь вертихвостке.

— Ты хочешь, чтобы я села по сто пятой статье? Нахер она нам нужна?! Знаешь такое устоявшееся словосочетание? Третий лишний, Зуев!

— Алис, не начинай. — Дёргается к двери, но я силой удерживаю мужчину рядом с собой, сжимая руку до боли в костяшках.

— Я ещё раз спрашиваю, какого ху…хрена мы делаем около её дома?! Ты так хотел семью вернуть? Ппригласив эту шляндру?! У тебя мозг вообще работает? Хоть немного.

— Эта, так называемая, «шляндра», носит под сердцем моего ребёнка.

Ты, — Указывает на меня пальцем. — Вряд ли мне родишь. Так что, беру с собой Татьяну исключительно, как инкубатор.

— За*бись отмазка. — Не выдержав ругаюсь матом. — Я с ней никуда не поеду!

— Тебе напомнить, что здесь я решаю? — Вскидывает брови вверх, прожигая меня своими голубыми глазами.

— Тим, ну серьёзно. — Сдаюсь и надеваю на лицо жалостливую маску. — Не смогу я с ней радом находиться. Она раздражает меня, бесит, нервирует. Твой ребёнок будет целее, если останется в Москве! Вон, приставь к ней своего верного слугу Антошку! Он всегда на неё слюни пускал, не откажет.

— Татьяна едет с нами. Точка.

Выходит из машины и направляется к счастливой Тане. Она обнажает в улыбке свои белоснежные ровные зубы и мне моментально хочется выбить передние два. Тут же подавляю смешок, когда представляю девушку без зубов.

Она взмахивает в воздух блестящими волосами, которым я так всегда завидовала и сразу хочется схватиться за ножницы. Под каре.