Купеческая дочь замуж не желает читать онлайн

Убедилась в нормальности всего происходящего — перекликались огородники, пропалывая гряды и поливая посадки, заполошно кудахтали куры, сообщая всем желающим и не желающим, что они свой куриный долг выполнили. Грозно покукарекивали друг на друга петухи, выясняя, кто в курятнике главный. Стучали молотками и топорами плотники, в загоне истерически визжал поросенок, залезши, куда не надо. Важно гоготали гуси на пруду, из кузницы доносился перезвон молотов, перемежающийся шипением остывающего в бочке с водой металла.

Я двинулась туда, с Милошем в кильватере. Зашла в кузню и выскочила — было там жарко и душно, как в парной, от горна кузнечного и шипящей воды. Через пару минут следом за мной вышел Мирко, присел рядом со мною на скамейку у стены. Помолчали, затем я начала издалека:

— Мирко, а металл тебе ещё надо? Может, какой особый сорт металла нужен?

Кузнец, помолчав ещё для солидности.

— Так металл завсегда нужен. А вы хотели купить?

Я, лебезя:

— Так, Мирко, без тебя же я не куплю.

Кузнец тяжко вздохнул:

— Лэрина, вы все со своей мыслей про дорогу носитесь! Вот никому не надо, а вам надо! Сколько лет жили и никто не чухнулся, а вы для всех хлопочете!

Я, немного робея, высказала:

— Ну так, мысль — то хорошая!

— Ладно, лэрина, — засмеялся кузнец — легче вам это сделать, чем объяснять, что не делали у нас так раньше.

— Нет, Мирко, в деревне и так работы хватает. В городе набирать будем."

"— Это верно, работы хватает. Но, если кто из мужиков свободный будет, возьмёте? Все свои немного денег заработают. Тем более, сейчас, с этой вашей техникой, работы меньше стало. Вчера у нас в Кузьминках, после того,

как на хозяйских полях картошку посадили, Димар отправил коня с сажалкой всем картошку сажать.

Я кивнула:

— Да, Мирко, разрешила. Людям легче будет, и беспокоиться о своих посадках меньше будут. Теперь пусть только сами пропалывают от сорняков, а подрастет картофель, так же пройдут с плугом и обвалят землёй ряды.

Кузнец удивлённо вытаращился на меня, я — на него.

— Простите, лэрина, я, однако, не понял.