Куликовская битва читать онлайн

– Отлетался, соколик! – негромко обронил князь, приблизившись к пленнику. При этом ни радости, ни удовлетворения не отразилось на его невозмутимом лице.

Связанный злодей издал печальный вздох, мол, твоя правда, князь. Это был высокий широкоплечий детина, с красным, давно небритым лицом, его светло-серые глаза под низкими бровями взирали на князя и окружающих его людей чуть исподлобья, но без всякого страха. Темные взлохмаченные волосы злодея были вымазаны в грязи, как и его видавшая виды одежда.

– В поруб его! – князь властно кивнул гридням на пленника. Затем он повернулся к горожанам и громко объявил: – Злодея буду судить после полудня, как обычно. Кары моей он не избегнет. А теперь ступайте по домам, люди добрые.

Владимир Андреевич направился обратно в терем все с тем же непроницаемо-холодным лицом.

Толкаясь и гомоня, но уже не столь шумно, люди повалили с княжеского двора на узкую, стиснутую высокими частоколами улицу. Эта улица вела от городских ворот к единственной каменной церквушке на взгорье, где недавно был основан Высоцкий монастырь.

Только князь сел за стол, чтобы потрапезничать с утра, как примчался гонец на взмыленном коне с известием, что из-за Оки, со стороны Вопь-озера, прихлынула с разором татарская орда. Татары отыскали брод на Оке, ночью перешли через реку, а с рассветом напали на деревни Хмелевка и Таловая Падь.

Деревни эти находятся во владении у боярина Огневита Степановича, данные ему в качестве «кормления» за его службу серпуховскому князю. В той же стороне лежит и боярское загородное подворье Огневита Степановича. Владимир Андреевич первым делом спросил: где дружина боярская? Почему проворонили злого ворога?

– Боярин Огневит собрал гридней своих и чадь, вступил в сечу с татарами, но нехристей уж шибко много, – молвил гонец.

Владимир Андреевич на подъем был скор. И получаса не прошло, как дружина его вооружилась, оседлала коней и выступила в путь. Горожане, выглядывая из ворот и окон, провожали тревожными взглядами черный стяг своего воинственного князя с золотым ликом архангела Михаила, промелькнувший по улицам в сторону ворот.