Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Вот тебе и братская дружба родов войск Советской Армии… В тюрьме — всё, как в тюрьме!

Ещё вчера вечером начальник войскового стрельбища Помсен, оставляя в домике свои портупею и фуражку, переложил из кармана кителя в ХБ пару банкнот по пятьдесят социалистических марок. После толчка прикладом в спину сиделец вынул своё богатство, аккуратно скатал банкноты в тонкие трубочки, разулся и спрятал деньги в носки.

Бережёного аллах бережёт…

* * *

По прибытию в полк майор Яшкин приказал соединить его с Особым отделом штаба армии и доложил полковнику Полянскому о результатах своей поездки.

Полковник ещё раз отметил оперативность майора, сообщил, что генерал-лейтенант Потапов уже в городе и примерно через минут сорок они оба будут в комендатуре. Полянский приказал майору прибыть в кабинет коменданта гарнизона."

"Коротко ответив: «Есть», майор задумался — делиться или не делиться с новым командиром полка добытой информацией? С подполковником Григорьевым данный вопрос не стоял бы в принципе.

Да и не поехал бы особист на стрельбище без прошлого командира полка. Старшие офицеры обязательно начали бы вместе разруливать возникшую ситуёвину — каждый со своей стороны.

Яшкин не только тащил службу, майор не был гнилым человеком. Поэтому спустился на первый этаж, аккуратно постучал в дверь кабинета командира мотострелкового полка и заглянул внутрь.

Подполковник Болдырев проводил экстренное совещание с комбатами, заметил начальника особого отдела и махнул рукой, приглашая в кабинет:

— Проходите, товарищ майор.

Мы заканчиваем. Буквально пять минут.

Нормальный подход. За дверью не оставил, уже хорошо. Хотя, сегодня в этот прекрасный воскресный вечер, когда без объявления тревоги поднялся весь гарнизон, игнорировать контрразведку было бы верхом самодурства. После показа по западному телевидению сбежавших солдат, поисковую операцию свернули, а разведчиков и регулировщиков, к их великому огорчению, вернули в «зимние квартиры».

Информация о побеге двух прибалтов в ФРГ быстро разлетелась по воинским частям, выходной вечер превратился в дурдом вселенского масштаба: полетели звонки и понеслись посыльные с требованием прибыть в часть всему составу офицеров и прапорщиков. На всякий военный случай — помозолить глаза командиру и заодно проверить своих бойцов на предмет злостного умысла рывка на Запад.