Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

И тем не менее — он снял с пистолета глушитель, заткнул его за ремень, снятый с предохранителя и с патроном в патроннике, так, чтобы можно было выхватить и мгновенно выстрелить. Сверху накинул легкую куртку, повесил сумку на плечо и так вышел — в тихий, сумрачный, провонявший дымом и благовониями подъезд, где уже давно не светила ни одна лампочка.

Двор тоже был самым обычным — жгли костер, чтобы жарить барана, которого тут же и зарезали, — у кого-то день рождения. Тут же бегали дети, грязные, шумные, вездесущие, увидев белого американца, они увязались за ним, и, чтобы от них отвязаться, он бросил на землю горсть мелких монет.

Дети с криками набросились на неожиданно свалившееся богатство…

На улицах тоже вроде все как обычно — работают дуканы, из тех, которые не закрылись по наступлении темноты, шум, туристы, блеск нехитрой рекламы — реклама здесь была просто отвратительная, бросалась в глаза. Он нарочно сделал небольшой крюк, потому что знал, куда и как должна выдвигаться бронетехника в случае объявления чрезвычайного поражения, глупо предполагать, что при мятеже будут использовать какие-то особые планы, военные будут использовать те планы, какие у них есть.

Техники не было.

Выехав из города, он съехал с дороги, подключил передний мост. Чем хорош японский внедорожник — он не вязнет в песке, в отличие от грузных американцев. А дорогу к месту постоянной дислокации йеменской бригады спецназа он мог найти и с закрытыми глазами…

Остановив машину в пустыне, подполковник поднялся на багажник на крыше, достал заранее припасенный бинокль.

Медленно, по секторам начал рассматривать находящийся в клике с небольшим ППД — то, что удавалось рассмотреть.

На первый взгляд — все нормально. На вышках — часовые, прожекторы не разбиты, внешний периметр не нарушен, не видно стрельбы — если бы стреляли, были бы видны трассеры, спецназ почти всегда использует трассеры. Что же тогда произошло? В конце концов — может быть, и в самом деле какой-то псих вломился в казарму и расстрелял троих?

Тогда почему у него так скверно на душе?

Если есть сомнения — сомнений нет!"

"На территорию он проник через лаз, которым пользовались желающие уйти в самоволку, перед этим он целый час лежал на земле и пытался найти тех, кто наблюдает за лазом в готовности открыть огонь, — и не нашел.

Он прекрасно знал всю территорию части — в конце концов, он сам участвовал в разработке мер безопасности для нее.