Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сейчас разберётся с проблемой Мередит, а потом займётся поисками своей любимой девушки, потому что терпеливо ждать на борту, когда она вернётся, казалось выше его сил. Уж слишком горячим было снедавшее его нетерпение.

Он хотел её. И сейчас, и завтра, и через много лет. Хотел видеть рядом с собой, просыпаться с ней по утрам и засыпать ночью, держа её в объятиях. Свою маленькую хрупкую девочку с сияющими глазами.

Джон нащупал в кармане брюк маленькую бархатистую коробочку, внутри которой лежало то, что символизировало его новые чувства.

Он знал точно. Был уверен, как никогда раньше. Именно поэтому перед отлётом из Нью-Йорка он зашёл в ювелирный магазин «Тиффани».

Я медленно приходила в себя. Голова раскалывалась, перед глазами стояла какая-то муть. Во рту было сухо. То и дело к горлу подкатывала тошнота.

Что со мной произошло?

Я попыталась вспомнить. Записка от тёти Кати, поездка по улицам Марселя, тёмное здание со скрипучей дверью и тряпка с резким запахом, прижатая к моему лицу…

Меня усыпили! Я попыталась вскочить,голову тут же пронзило резкой болью, а руки и ноги словно обожгло.

Изнутри и снаружи.

Испуганная и одновременно обозлённая снова попыталась дёрнуться, но не двинулась с места, лишь жжение в конечностях стало сильнее.

Меня связали, вдруг поняла. Я лежу связанная неизвестно где. Паника накрыла волной, заставляя дёргаться ещё сильнее. Я упала на пол и больно ударилась спиной и головой. Казалось, внутри черепа что-то взорвалось яркой вспышкой, освещая окружавшую меня тьму.

– Так-так-так, что за шум у нас здесь? – произнёс с насмешкой какой-то знакомый голос, и тут же помещение наполнил желтоватый электрический свет.

Я зажмурилась от неожиданности и не сумела сразу рассмотреть взитёра. Зато узнала его по голосу.

– Что тебе нужно, Адам?

Он засмеялся отрывисто и зло.

– Разумеется, избавиться от тебя, маленькая шлюшка.

Глаза наконец привыкли к свету, и я смогла рассмотреть своего тюремщика и саму тюрьму.

Помещение было просторным, но скудно обставленным.

Старый продавленный диван, с которого я только что упала, да вытертое кресло, в которое опустился Адам Кэлтон. Облупившаяся краска на стенах и выщербленный холодный пол говорили, что в этом здании уже давно никто не живёт.

А значит, и звать на помощь бесполезно. Похоже, что этот мерзавец всё предусмотрел. Тогда хоть узнаю, как он собирается со мной поступить.

– Чем я тебе помешала? Что я тебе сделала? – против воли голос дрогнул.

Мне было очень себя жаль.