– Я слишком остро на неё реагирую просто. Хотя раньше мне казалось, что мне не так сильно больно от того, что она убила мою маму, но когда это не удалось доказать в суде и посадить её, а после она и вовсе уехала… стал ненавидеть её пуще прежнего. Сам не понимаю, с чего вдруг такая ярость просыпается, когда о ней говорю."
"– Я недавно интервью смотрела, Марк, – заговариваю, отведя взгляд, потому что то, что я скажу дальше, может ему не понравиться. Но это моя правда, и она имеет шанс на жизнь, пока в неё верю я. – Там главного актёра спросили, что он думает насчёт одного из главных злодеев фильма, в котором он снимался.
Я не знаю, что там за злодей и почему ведущий задал этот вопрос, но здесь не фильм важен, а само интервью. Актёр во время ответа тогда меня очень удивил и заставил остановиться и дослушать. Он описал другого человека, который не связан с фильмом. В действительности был такой человек в истории. Мужчина рассказал о маньяке, который убивал женатых мужчин, остригал им все волосы на теле и… лишал мужских гениталий.
И актёр спросил ведущего, что тот думает насчёт этого человека. И тот, следовательно, ответил, что ужасно думает. Маньяка нужно скорее поймать и посадить. Но тогда актёр дополнил историю и рассказал о том, что мужчина убивал лишь мужей, которые избивали, насиловали и унижали своих жён. В суде мужчину всё же признали виновным и посадили на большой срок, но большинство жён убитых мужчин смотрели на маньяка с трепетом, благодарностью и любовью. Потому что он спас их.
Он был героем в их глазах и убийцей в сотни других. Потом они носили ему передачки в тюрьму и всячески помогали, потому что он был хорошим человеком в их глазах. Он вырезал опухоль в их жизни. И никто не мог их заставить остановиться и прекратить быть благодарными своему спасителю за возможность жить дальше в спокойствии и мире. Поэтому, как бы ты ни хотел, Марк, ты не можешь кому-нибудь навязать свою ненависть и нелюбовь к Розали. Для тебя она монстр, а для меня… Для меня нет. Вдруг она для меня как тот маньяк? Вдруг для меня она спаситель?
– И это расстраивает.
– Меня тоже, – признаюсь. – Но увы, изменить я ничего в себе не могу. Представь себе просто, что кто-то будет ненавидеть твоего отца. Расскажет тебе о его грехе и проступке. Разве ты перестанешь любить того, кто любит тебя? Не станешь горой за того, кто встанет за тебя?
– Не думаю, – нахмурено соглашается. – Ладно, давай не будем о Розали? Ты права. Только поссоримся и вечер испортим.
