Аукцион Судьбы. Книга первая читать онлайн

Она пыталась их скрыть, не хотела показывать, насколько её шокировало признание папы. Она надеялась, что он скажет что-то иное. Надежда – самая жестокая вещь в этом мире. Почему-то именно к такому мнению она пришла. Надежда дарит нам желанием жить, двигаться вперед, и когда её не остается, очень сложно, практически нереально оставаться в тонусе и заставлять себя каждое утро открывать глаза и улыбаться восходящему солнцу, а так же убеждать окружающих, что всё будет хорошо.

- Папуль, мы справимся… Мы обязательно справимся…

Тогда она искренне верила в слова, что были произнесены на крохотной кухоньке их «однушки».

Они обивали пороги министерства здравоохранения, и их поставили на очередь. Дав ещё одну призрачную надежду…

Глава 3

Больше всего в жизни Саша ненавидела фразу: «Надежда никогда не должна вас покидать» и тому подобное. Хочется выть и бросить в ответ что-то едкое. Надежда – самая жестокая вещь, какую только можно представить.

Нет, ты надеешься первые месяцы. Первый год. Смотришь в зачастую равнодушные от усталости глаза врача, который не может тебе ничего предложить, и на что-то надеешься…

А потом всё.

Это всё у Саши наступило полгода назад, когда крестный позвонил отцу и сказал:

- Есть донор.

Саша навсегда запомнила, как мать осела прямо посреди кухни, а отец начал заикаться от радости.

Говорили на громкой связи.

Саша позабыла, как дышать.

- До… донор?

- Да, Вадим, донор.

Первой обратила внимание на голос крестного сама Саша.

В нем не было ни восторга, ни облегчения, а ведь крестный принимал самое непосредственное участие в стремлении вылечить, что-то сделать полезное для Саши.

Девушка подошла ближе к папе и громко спросила:

- Крестный, в чем подвох?

- Привет, Сашуль.

- Привет. Так в чем подвох?

Пауза, за время, в которое отец успел переглянуться с матерью.

- Донор не проходит ни по одной базе.

Саша прикрывает глаза.

Вот он – подвох.

- В смысле? – Вадим ещё не понял до конца.

- Это контрабанда органами, брат, в самом что ни на есть прямом смысле.

- Откуда…

- Есть каналы.

Он не договорил.

- Сколько, крестный?

- Триста тысяч. Сто даю я.

Саша, скорее увидела, чем услышала, как облегченно вздыхает папа, и лишь когда повернула голову, заметила, как кровь приливает к лицу.

- Костян, спасибо. Не, двести тысяч мы потянем…

- Папа, - оборвала его Саша, чего практически никогда не делала. Особенно в последние годы. – Ты не понял. Крестный, триста тысяч евро или долларов?

- Долларов.