Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Опрашивали сотрудников корпорации, многие подтвердили слова босса. У того мужика были проблемы с психикой, его и на работе давно уже не видели в адекватном состоянии, а о том, что он был наркоманом, только ленивый не догадался. Дело было громким, о нем писали в СМИ. Потому что Олег Анатольевич – особенная фигура на рынке недвижимости. Но неожиданно расследование обстоятельств смерти якобы утонувшего возобновили, благо труп все еще был в морге. И в организме обнаружились следы героина, достаточные для того, чтобы человек получил передоз.

Тут уже и обыски начались, и Тихомирова трясти начали, но наркотики так и не обнаружили. Ни в кабинете покойного, ни в его квартире. Я нашел следователя, который вел то дело. Он сейчас на режимном предприятии работает. Он вспомнил эту историю и подтвердил, что в том деле его многое смущало, но подкопаться под Тихомирова было невозможно.

– Ну дела-а-а, – прогудел Крячко.

– Думаешь, он убил своего сына? – спросил Лев у Гойды.

– Думаю, он убил Ингу, – поправил Игорь Федорович.

– Они были любовниками. Он оставил в ее квартире не только свои отпечатки, а еще и ДНК.

Гуров вынул из пачки сигарету, закурил.

– Вам не кажется, что все слишком… быстро? – поморщился он, разгоняя дым рукой. – Похоже на ребус, который предлагается детям младшего школьного возраста. Все слишком просто.

– Не все родители справляются с такими ребусами, – возразил Гойда. – И потом, мы еще не допрашивали по этому поводу Марину, которая явно была в курсе случившегося. Думаю, что у нас достаточно оснований, чтобы пригласить Тихомирова именно сюда, на Петровку, – Гойда выразительно постучал пальцем по столу.

– Если я не ошибаюсь, то на нем три убийства. И девушку его сына.

– Значит, все-таки ты хочешь устроить им очную ставку, – повторил Гуров. – Слабовато, Игорь. У нас одни догадки. Мозаика не сложится.

– Да ты с ума сошел, Игорь Федорович, – вырвалось у Стаса. – Да тут с месяц надо улики искать. У нас пока их нет.

– Посмотрим, что они расскажут, когда увидят друг друга, – подытожил Гойда.

– Не стал бы я так рисковать, – твердо заявил Гуров. – Стас, пододвинь пепельницу, пожалуйста.

– Хорошо! – внезапно согласился Гойда. – Если вы считаете, что кардинально действовать пока что рановато, то давайте хотя бы нарисуем картину преступления.

– За что он мог грохнуть своего сына? И почему избавился от любовницы? Почему труп Андрея неделю пролежал в машине, почему от него не избавились сразу? – перечислил Гуров.