Едва касаясь потер левое плечо, где под дорогой тканью рубашки белел невыведенный шрам от кощеевых цепей. Знатно отец огрел, от всей души. Мама рыдала, предлагала залечить бесследно, но я решил оставить в назидание, чтоб не забывать простую и такую важную для сохранения жизни истину: никогда нельзя недооценивать противника! Еще лучше, вообще не ввязываться в драку, если не уверен на тысячу процентов в своем преимуществе и победе.
Теперь-то я был отцу благодарен, что не дал по юношеской дурости пустить жизнь псу под хвост.
Удержал в узде, когда кровь бурлила магией и демоническая сущность ломала, желая продавить под свои нужды. Тогда отцовская железная воля и столь же крепкий кулак оказались весьма кстати, но сейчас я и сам уже большой мальчик, ветер в голове не свищет. Уж персонал в свою вотчину вполне способен подобрать! Дело не простаивает, прибыль растет, как и известность Кощеевой усадьбы. Зачем нам здесь какие-то помощники в привлечении общественности?!
Поправив ворот рубашки, оглядел кислотного цвета шевелюру сосватанной стажерки.
Если привлекать она собирается себе подобных, то, как говорится, минуй нас пуще всех печалей. Еще только толпы разномастных чучел не хватало в элитном заведении с идеально выверенным интерьером под русскую старину. Она даже в сдержанный, облицованный дубом кабинет не вписывалась. Хотя, как известно, дерево всем к лицу, даже трупам.
— Мы без постояльцев не страдаем. Бронь на три месяца вперед, — застегивая пуговицу на пиджаке, смотрел на девчонку тяжелым, холодным взглядом, надеясь, что смекнет, испугается и свалит по собственному желанию.
Отвел глаза лишь чтобы поправить прическу, расчесав растрепанные голодными руками той грудастой блондиночки пряди. Зеркало на стене горделиво транслировало собранного дельца — прямо портрет миллионера из списка Форбс."
"— Раз уж отец за тебя просил, так и быть, можешь идти в бар коктейли разносить. Если за неделю не разобьешь ни одной посудины, повысим до барменши.
Будешь танцами возбуждать, увеличивать и все, что ты еще собиралась тут делать, — придирчивым взглядом медленно скользнул по скрытому пушистой безвкусицей телу. — Может, если тебя раздеть, люди перестанут пугаться и даже заинтересуются. Ну, как диковинным зверьком в зоопарке? Приступишь сегодня же, бар открывается в восемь. И переоденься. В этом тряпье тебя даже на порог не пустят. — ""Я лично прикажу, чтоб не пускали"".
