Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Каждая плаха высоченного забора была увенчана кованой пикой. Во дворе бегали огромные лохматые псы.

Двери особняка были массивными и на ночь запирались изнутри мощными железными задвижками.

Заговорщики узнали, что Минский заказал в мастерских завода «Вулкан» огромный бронированный сейф. И вскоре возле ворот усадьбы золотопромышленника остановились сани, запряженные двумя битюгами. Грузчики постучали в ворота:

— Заказ господина Минского готов! Отворяйте ворота, сейф весит десять пудов, надобно подвезти его к крыльцу.

Минский вышел, с прислугой, на всякий случай, спрятав в карман револьвер. Дворник придерживал псов, готовый в любую минуту спустить их с цепи. Минский прочел документы, на них была печать завода и роспись управляющего. Тогда прибывшим было дозволено въехать в усадьбу.

Грузчики с трудом подняли сейф, положили на плахи, потащили волоком. Им помогала прислуга. Затащили гроссейф в прихожую, поставили там. Старший рабочий подал Минскому ключи и сказал:

— Механизм сейфа очень сложный и требует особенного обращения.

Не трогайте сейф до утра, пусть все пружины механизма после мороза хорошенько прогреются. Иначе — сейф можно испортить…

Исаак расписался в бумагах, и заводчане удалились. Ночью, когда семья Минского и его прислуга мирно спали, сидевший внутри сейфа, известный всему городу лилипут Леня Крымов вылез из бронированного убежища. Леня не был большевиком, он был шутником. Иногда он бродил зимой вечерами по главному проспекту, обращаясь ко всем встреченным молодым барынькам:

— Тетенька! Я хочу сделать пи-пи, ручки замерзли, пиписку достать не могу.

Иная сердобольная барынька расстегивала ему ширинку и увидев огромную пиписку, ошеломленно вопрошала:

— Мальчик? Сколько тебе лет?

— Тлидцать тли годика! — отвечал ошарашенной барыньке шутник Леня.

Теперь Ленина шутка была не слишком безобидная. Он прислушался, определил, что все спят, вылез из сейфа, стал тихо отпирать тяжелые засовы. Было ровно три часа ночи, самый крепкий сон.

Именно это время и было Лене назначено. Собак во дворе должен был ликвидировать лучник, взобравшийся на забор при помощи веревочной лестницы. Одну из собак он только ранил и она принялась выть. Экспроприаторы все же успели преодолеть забор и войти, прежде чем домочадцы Минского окончательно проснулись. Первой вскочила с постели жена, завопила:

— Караул, грабят! — но тут же получила молотком по темечку и свалилась замертво.