Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Сейчас зайдем в полицию, захватим с собой пару полицейских чинов и двинем прямо к вампиру.

— Значит, тот юноша, который парится теперь на психе, ни в чем не виноват?

— Абсолютно ни в чем!

— Я так и знал! Его глаза мне ясно сказали, что он тут ни при чем. Но кто же злодей?

— Наберитесь терпения.

Вскоре толпа студентов шагала за Кузичкиным, Поповым и двумя полицейскими чинами по Почтамтской улице. Вот они уже спустились по лестнице и подошли к дворцу Второва.

— Понятно! — сказал Попов.

— Алифер! Про него уже давно идут темные слухи.

Но Кузичкин прошел мимо входа в гостиницу.

— Да куда же вы нас ведете, в конце-то концов! — воскликнул Попов.

— Тут — рядом! — отозвался Кузичкин, достав из кармана пальто револьвер и проверив патроны в барабане.

Вот они миновали здание с термометром Реомюра, книжный магазин Макушина. Вошли во двор, пахнущий шоколадом.

— Сюда, пожалуйста! — сказал Кузичкин, направляясь к флигелю возле шоколадной фабрики. — Господа студенты и медики, следите за всеми окнами, а я с полицейскими войду внутрь!

— Но это же квартира графа Загорского! — удивился Попов.

Кузичкин приложил палец к губам, затем быстро и легко взбежал на крыльцо, рывком отворил дверь, полицейские ринулись за ним. Прихожая и две комнаты были пусты. Повсюду были видны следы поспешных сборов. Кузичкин тотчас крикнул полицейским, чтобы срочно позвонили полицмейстеру, дабы было установлено наблюдение на вокзале и на всех выездах из города.

Сам же он схватил кочергу и принялся ковырять ею в топке печи-голландки:

— Вот черт! Дотла сжег все бумаги. И что за нюх? Я ведь не дал ему ни малейшего повода для подозрений. Был уверен, что застану его врасплох. Ага! Он бросил свою дворянскую шпагу. И костюмы все свои оставил. А это что? Парики! Усы и бороды! Всех сортов! Ну, ясно! Оделся попом или простолюдином, загримировался. Одного не пойму — как он опасность учуял? Был бы суеверным, подумал бы, что это — сам дьявол.

Но я, увы, не верующий, вульгарный атеист, и нет мне прощения ни на том, ни на этом свете. И чашу позора мне придется испить до дна. Не зря же говорят, что и на старуху бывает проруха. Я конечно, постараюсь, чтобы и в нынешней неразберихе его хорошо поискали по всей стране. Но что-то мне говорит, что шансов почти нет.

Садиза, Садиза!

Федька Салов на окраине Томска нашел китайского старшину Ли Ханя.