Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Страсть, почти животная, выжигала каждую клетку, правила мышцы, дробила кости, а мне казалось, что я не выживу.

Языки сплетались в диком танце, губы причиняли боль, а короткая щетина на смуглом подбородке царапала нежную кожу, но это только усиливало и до того до невозможности острые ощущения.

Я прижималась теснее к стремительно твердеющему под тканью брюк члену, и понимала, что мне отчаянно этого мало.

— Лана, — прошептал, оторвавшись от моих губ, а я положила голову ему на плечо, пытаясь привести сбившееся дыхание в норму.

— Это какое-то чёртово безумие. Ты делаешь меня сумасшедшим…

— Ты боишься потерять контроль над своей жизнью? — спросила, касаясь пальцами тёплой кожи в выемке между ключицами, ощущая лихорадочное биение пульса.

— Я боюсь испортить твою.

— Ты думаешь, её можно сделать ещё хуже? — удивилась, а Арманд тихо засмеялся.

Его руки спускались всё ниже, оглаживая каждый сантиметр моего тела сквозь тонкую ткань сарафана.

— Я хочу тебя безумно, — прошептал, касаясь губами моей ключицы и оставляя на коже влажный след языка.

— И ты обязательно станешь моей, до дна души станешь, до последней молекулы.

Он говорил что-то ещё, но мне было так хорошо, так тепло и уютно в его руках, что сама не заметила, как начала проваливаться в сон. Меня качало на волнах неги, что рождалась под прикосновениями Арманда, а в радужном тумане видений я оказывалась то на морском берегу, то на горных вершинах, и рядом неизменно находился Арманд.



Человек, который заставил поверить, что люди ещё способны на добро.

13 глава

Арманд

Лана уснула, уткнувшись носом мне в грудь, и тихо сопела. Иногда вздрагивала, что-то бормоча себе под нос, а мне на миг показалось, что я услышал своё имя. Чудеса да и только.

Наверное, я мог бы так просидеть до утра — Лана почти ничего не весила, но выспаться не мешало. Хотя бы ей. И я сделал то, чего не делал уже долгие годы: решил пустить женщину в свою комнату.

Конечно, лишь потому, что она находилась ближе.

Наверное, из-за того, что кровать в ней больше — на другой нам двоим было бы не очень комфортно… Да-да-да, именно по всем этим тупым причинам, а не потому, что у меня мозги от Ланы поплыли, а в штанах — настоящая революция. Нет-нет, совсем не из-за этого."

"Но себе-то я мог не врать — мне хотелось заснуть, сжимая её в объятиях. Такая вот прихоть воспалённого нереализованным желанием мозга. А ещё я помнил, что скоро она станет моей женой.