Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— Я просто хочу, чтобы ты кое о чём знала.

Лана вскинула на меня удивлённый взгляд и кивнула, показывая готовность слушать.

— Мне позвонил журналист и назначил встречу. Сказал, что у него есть какая-то информация о тебе. Чуть ли не сенсация.

— Вот как? — пробормотала, но глаз не отвела. — И что… что это за информация? Он сказал?

Во взгляде ни тени страха, и от этого моё сердце забилось с удвоенной силой.

— Я не знаю, честно. Скажи мне только одно: мне сто́ит волноваться? Пойми, меня не волнует твоё прошлое. Даже если ты ела младенцев, наплевать.

Просто я хочу тебя защитить.

— Я никогда не ела младенцев, — хмыкнула, гордо вздёргивая подбородок. — Также я никогда не сидела в тюрьме, не изменяла мужу, не занималась проституцией и вовсе не умею танцевать стриптиз.

— Я тебе верю. Всегда верил.

Лана вместо тысячи слов встала на носочки и поцеловала меня в губы.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

— Я не знаю, что он там хочет тебе рассказать, и совсем не собираюсь оправдываться.

— Отличная позиция.

Мне захотелось самому её поцеловать, и я не стал сдерживаться: сомкнул руки на её спине, впился губами до головокружения, до дрожи в уставшем теле, а Лана отвечала мне жадно и неистово.

И я понял одну простую вещь: что бы ни рассказал мне Иван, мне плевать.

— Пойдём, — сказала Лана, а на лице отражалась мрачная решимость. — Вот же… журналюга.

Бар “Парадиз” выгодно отличался от других заведений тем, что не закрывался для посетителей ни на минуту.

Круглые сутки его двери оставались распахнутыми для гостей, и всем здесь радовались, невзирая на пол посетителя, возраст и его политические предпочтения. Отличное место, с какой стороны не посмотри.

А ещё здесь была хорошая охрана. Впрочем, я и свою не просто так захватил — лишним не будет.

Мы вошли через чёрный ход, чтобы не привлекать к себе лишнее внимание, а парни остались на улице, следить за территорией. Так всем будет спокойнее.

Лану же провёл в свой кабинет, чтобы точно знать: с ней ничего не случится, пока меня не будет рядом.

И пусть безопасность — понятие относительное, но я пока делал всё, что мог. Приставил одного из охранников к двери, и он точно знал: шаг влево, шаг вправо — расстрел.

Тишину в баре нарушала лишь музыка, льющаяся из колонок, задекорированных деревянными панелями. Слева от барной стойки, на экране огромной плазмы кривлялась и скакала юная нимфа, которая эффектно трясла задницей под неслышный мотив.