Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Безжизненное, безразличное лицо Аркена, меч в его спине… лучники, сыплющиеся в воду под градом стрел… дядя Сентес, умирающий на ступеньках собора…

— Нет, недостаточно, — сказала она.

Велисс пришла к ней после полуночи. Когда окончилась осада, Рива и Велисс стали жить в отдельных комнатах, больше по желанию советницы, чем Ривы. В страхе и суматохе осады на грешки смотрели сквозь пальцы, но теперь самые скверные развалины и трупы уже убрали, открылся собор. Жизнь входила в нормальное, пусть и странноватое русло.

Женщины лежали рядом, на коже блестела тонкая пленка пота.

Риве нравилось, как распущенные волосы советницы липнут к мокрой коже.

— Ты уверена, что хочешь встретить их одна? — спросила Велисс.

— Учитывая то, что я хочу сказать им, пусть знают: я говорю сама за себя.

— Им не понравится.

— Надеюсь, — сказала Рива и притянула Велисс к себе, поцелуем запечатала губы.

— Тебе ведь небезразлична госпожа Алорнис, — немного позже заметила Велисс.

— Она — мой друг, как и ее брат.

— Не более того?

— Ревнуете, госпожа советница?

— Уж поверь мне, тебе лучше не видеть, как я ревную по-настоящему, — сказала Велисс, села и обняла колени.

— Знаешь, я всегда собиралась уйти. Если бы твой дядя остался в живых, если бы закончилась война, я бы взяла предложенное золото и ушла. Мне было наплевать и на прозвища, и на обиды, и на презрительное снисхождение Чтеца. Но меня все больше утомляли ложь и интриги. Их иногда через край даже для бывшей шпионки.

Рива погладила ее нагую спину.

— А что сейчас?

— А сейчас я не могу представить себе жизни вдали отсюда.

Но поход королевы…

Рива ощутила, как Велисс напряглась в ожидании ответа.

— Это мой поход, — сказала Рива. — Это не обсуждается.

— Думаешь, она приняла бы тебя лучше, если бы знала о твоей истинной натуре? Если бы знала о нас?

— Думаю, если бы она не сочла это помехой для освобождения Королевства, то не придала бы ни малейшего значения, — ответила Рива и вспомнила свою первую встречу с королевой.

Яростный цепкий ум, сила, так и лучащаяся сквозь обожженную маску лица, непреклонная решимость, целеустремленность.

Рива подумала, что картину решимости и целеустремленности можно увидеть и в зеркале. Но ее послали в путь за легендой. А цель королевы — реальна. И вряд ли королева насытится тем, что отыщет в Варинсхолде.

— Честно говоря, эта женщина пугает меня больше, чем вся Воларская империя, — призналась Рива.

— Тогда отчего ты следуешь за ней?

— Потому что он следует за ней. Он сказал, что это нужно.